Книга Гори со мной, страница 105 – Лера Титова

— Весь в отца. Упрямый.

— Это точно.

Мы уложили Марко спать и поужинали вдвоём. София приготовила пасту — она научилась готовить её в Италии. Я съел две порции, запил вином. Мы разговаривали о пустяках: о погоде, о планах на выходные, о том, что Марко скоро начнёт ползать. Ни слова о войне. Ни слова о Греко. Просто жизнь. Просто мы.

Но ночью, когда она уснула, я лежал без сна и думал. О том, что война неизбежна. О том, что Греко — серьёзный противник. О том, что я должен быть готов ко всему. И о том, что я сделаю всё, чтобы защитить свою семью. Всё.

София.

Война с Греко не начиналась. Она висела в воздухе, как дамоклов меч — невидимая, но ощутимая каждой клеткой тела. Ярослав уходил на рассвете, возвращался за полночь, и я видела, как он меняется. Его плечи снова стали каменными, глаза — холодными, как тогда, до всего. До Парижа, до Марко, до нашего счастья. Он снова превращался в зверя. И я понимала, что должна что-то сделать.

В тот вечер я встретила его в гостиной. Марко уже спал, и в пентхаусе было тихо. Я надела чёрное шёлковое платье, которое он любил, зажгла свечи, открыла бутылку красного вина. Когда он вошёл — уставший, с тёмными кругами под глазами, пропахший табаком и металлом, — я стояла посреди комнаты и ждала. Он остановился в дверях, и его взгляд изменился — из холодного, отстранённого стал тёплым, голодным. Но лишь на секунду. Потом он снова надел маску.

— Что это? — спросил он, кивая на свечи.

— Ужин. Вернее, его остатки. Я ждала тебя.

— Я не голоден.

— Я не спрашиваю про еду.

Он вздохнул, скинул пиджак, бросил его на диван. Подошёл ко мне, но не прикоснулся. Просто стоял рядом, глядя сверху вниз. Его глаза были серыми, как грозовое небо.

— София...

— Ты снова закрываешься, — перебила я. — Я вижу это. Ты уходишь на войну, но война ещё не началась. Ты уже там, в окопах, а я здесь. Одна. С Марко. С твоими страхами, которые ты мне не рассказываешь.

— Я не хочу тебя грузить.

— Я твоя жена. Грузить меня — твоя обязанность. Как и любить меня. Как и возвращаться домой. Как и быть рядом. Ты помнишь, что такое быть рядом?

Он молчал. Его кадык дёрнулся. Я видела, как он борется с собой — с тем, что внутри, с тем, чему его учили всю жизнь. «Не показывай слабость. Не открывайся. Не доверяй». Я знала эти правила. Я сама жила по ним годы. Но с ним я научилась быть другой. А он — нет.

— Я не хочу тебя потерять, — сказал он наконец тихо. — Это всё, о чём я думаю. Днём и ночью. Когда я в порту, когда я в штабе, когда я смотрю на Марко. Я думаю: «Вдруг я не справлюсь? Вдруг Греко окажется сильнее?» И тогда...

— Что тогда?

— Тогда я снова становлюсь тем, кем был до тебя. Зверем. Машиной для убийств. Потому что это единственное, что я умею. Я не умею бояться и быть мужем одновременно.

Я взяла его лицо в ладони. Его щетина колола мои пальцы. Его глаза смотрели на меня с такой болью, что у меня сжалось сердце.

— Ты можешь бояться, — сказала я. — Со мной. Я не осужу. Я не посчитаю тебя слабым. Ты не машина, Ярослав. Ты человек. Мой человек. И я люблю тебя любым. Напуганным. Злым. Уставшим. Любым.

Он закрыл глаза. Его плечи опустились. Я видела, как броня, которую он строил неделями, начинает трескаться. Он прижался лбом к моему лбу и стоял так минуту. Две. Три. Просто дыша. Просто позволяя себе быть уязвимым.