Книга Гори со мной, страница 31 – Лера Титова

— Кто отвечал за этот груз?

Мужики переглянулись. Один — молодой, лет двадцати пяти, по имени Дэн — выступил вперёд.

— Я.

— Что случилось?

— Таможенник оказался крысой. Сдал нас людям Корсаро. Они пытались перехватить фуру на выезде. Мы отбились, но груз задержали.

— Где таможенник?

— У нас.

Я кивнул. Молча прошёл в подсобку, где держали крысу. Таможенник — мужик лет сорока, с испуганным лицом и мокрыми штанами — сидел на стуле. Двое моих людей стояли рядом.

— Имя, — сказал я.

— Что?

— Имя. Кто тебя нанял?

— Я не знаю, я просто...

Я ударил его в челюсть. Голова таможенника мотнулась, из разбитой губы потекла кровь.

— Ещё раз. Имя.

— Корсаро. Энцо Корсаро. Он заплатил мне. Сказал, что Северовых надо наказать. Я не хотел, у меня семья...

— У всех семья, — я вытер костяшки о его рубашку. — Отпустите его.

Мои люди переглянулись, но спорить не стали. Таможенника вывели. Я знал, что он больше не сунется. Страх — лучшее оружие. Отец был прав.

Я вышел из подсобки и набрал номер Дэна.

— Груз доставить сегодня. Любой ценой.

— Понял.

— И Дэн.

— Да?

— Узнай всё про Корсаро. Всё. Где бывает, с кем спит, что жрёт на завтрак. Хочу знать каждый его шаг.

— Сделаем.

Я убрал телефон и посмотрел на море. Корсаро играл с огнём. Он думал, что после объединения Руссо и Северовых он сможет вклиниться между нами. Ошибался. Мы с Лучано были врагами, да. Но теперь мы стали союзниками. А союзников я защищаю. Даже если этот союз мне навязали.

К обеду я вернулся в пентхаус. Скинул пропитанную потом и кровью одежду, встал под душ. Горячая вода смывала усталость, но не мысли о ней. Я думал о Софии. О том, что через две недели она будет жить здесь. В этом доме. В моей постели. Будет просыпаться рядом со мной. Будет пить кофе на моей кухне. Будет смотреть на порт из моего окна.

Я хотел этого. И боялся этого одновременно. Потому что она была не просто женщиной. Она была вызовом. Она была войной. И я не знал, чем эта война закончится.

После душа я оделся и поехал в город. У меня была назначена встреча с ювелиром — нужно было купить кольца. Отец сказал: «Не поскупись. Итальяшки ценят красивую мишуру». Я не спорил. Если уж делать этот брак, то по высшему разряду.

Ювелирный салон находился в центре, на закрытой улице, куда пускали только по записи. Хозяин — старый еврей с умными глазами — встретил меня лично.

— Синьор Северов, какая честь. Для невесты?

— Для неё. Самое лучшее.

Он достал бархатные подушечки с кольцами. Бриллианты, сапфиры, изумруды. Всё сверкало и переливалось под светом ламп. Я перебирал кольца, не чувствуя ничего. Красиво, да. Но не то. Всё не то.

А потом я увидел его. Кольцо с тёмным рубином — кроваво-красным, как её платье на помолвке. Камень был окружён мелкими бриллиантами, но главным был именно рубин. Он горел изнутри, как уголёк в костре.

— Вот это, — сказал я.

— Превосходный выбор, синьор. Рубин из Бирмы, редкий цвет. Символизирует страсть.

Страсть. То, что между нами. То, что сжигает меня изнутри. То, что я вижу в её глазах каждый раз, когда она смотрит на меня.

— Беру.

Я вышел из салона с коробочкой в кармане. Кольцо жгло бедро даже сквозь ткань. Я представил, как надену его на её палец. Как она посмотрит на меня — с вызовом, но с дрожью в пальцах. Как я скажу: «Теперь ты моя по-настоящему». И она ответит: «Посмотрим».