Книга Гори со мной, страница 61 – Лера Титова

Он упал рядом, тяжело дыша. Его рука нашла мою, сжала.

— Ты моя, — повторил он. — И ты больше никогда не будешь танцевать с другими. Поняла?

— Поняла.

— Даже если я пропадаю на три дня. Даже если на неделю. Ты ждёшь меня. И когда я возвращаюсь, ты моя. Всегда.

— Всегда, — повторила я. — Но ты тоже. Никаких других женщин. Я видела, как они смотрят на тебя. Если хоть одна прикоснётся...

— Я разорву её. И любого, кто посмотрит на тебя.

— Договорились.

Мы лежали в машине, голые, в пятнах его спермы и моих соков. За окнами проплывали огни ночного города. Я прижалась к нему и чувствовала, как его сердце постепенно успокаивается.

— Я ревную, — сказал он тихо. — Я никогда не ревновал раньше. Никого. А тебя — до бешенства. До желания убивать.

— Это плохо?

— Не знаю. Это новое. Я не умею с этим справляться иначе.

— Кроме как трахать меня до полусмерти?

— Это лучший способ.

— Тогда трахай меня почаще. Может, научишься.

Он усмехнулся. Поцеловал меня в лоб.

— Ты невозможная.

— Я знаю. Но я твоя невозможная.

— Это да.

Машина остановилась у нашего дома. Водитель деликатно кашлянул через перегородку. Мы кое-как оделись — точнее, он накинул на меня свой пиджак, потому что моё платье превратилось в лохмотья. Вышли, держась за руки. Охрана у входа сделала вид, что ничего не заметила.

В спальне он раздел меня окончательно и уложил в постель. Потом разделся сам и лёг рядом, прижав меня к себе.

— Я постараюсь не пропадать так надолго, — сказал он. — Но война есть война.

— Я знаю. Просто дай мне знать, что ты жив. Одно сообщение. Этого достаточно.

— Договорились.

— И иногда бери меня с собой. Я тоже могу быть полезной. Я не просто жена. Я Руссо. А теперь Северова.

— Я знаю. Завтра у нас совещание по «красному дню». Приходи. Ты нужна.

— Хорошо.

Я закрыла глаза. Его пальцы лениво гладили мои волосы. Его сердце билось ровно и спокойно. Мой муж. Мой ревнивый, бешеный, невыносимый муж. Который готов убить любого, кто посмотрит на меня. Который кончает на мою грудь и тут же клянётся мне в любви. Который пропадает на три дня и возвращается, чтобы трахнуть меня в машине как последнюю шлюху, а потом нести на руках в постель.

Я любила его. До безумия. До дрожи. До смерти.

И знала, что он чувствует то же самое.

Ярослав.

Я проснулся раньше неё. Снова. Это становилось привычкой — лежать в предрассветной тишине, смотреть, как она спит, и думать. Вчерашняя ночь всё ещё горела в крови. Её танец с бригадиром. Её тело, прижатое к другому мужчине. Её глаза, глядящие на меня с вызовом, когда я вытаскивал её из клуба.

Ярость никуда не ушла. Она затаилась внутри, как зверь в засаде. Я знал, что она сделала это специально — чтобы позлить меня, чтобы привлечь внимание. И это сработало. Но ярость требовала выхода. Не просто секса в машине, не просто грубых слов. Я хотел большего. Хотел полного, абсолютного контроля. Хотел, чтобы она поняла раз и навсегда: она моя. И игры с другими мужчинами не останутся без последствий.

Она пошевелилась во сне, вздохнула, прижалась ближе. Её обнажённое тело было тёплым и мягким. На груди всё ещё оставались следы моей спермы — я не позволил ей смыть их вчера. Сказал: «Это моя метка. Будешь спать так». И она подчинилась. Впервые — без возражений. Это завело меня ещё сильнее.