Книга Измена. Предателей не прощают, страница 60 – Полина Измайлова

— Именно так ты избавилась от Валериана? Убила его?

— Ты что, Кир? Судмедэкспертиза однозначно показала на тромб, — она мерзко хихикает, — это, правда, стоило мне пару миллионов, но что мелочиться, да? Зато свобода!

— Ты его убила?

— Убила, закопала, на могиле написала.

— Кристина!

— Идеальное преступление, когда есть бабки. Слушай, у Лики тоже может оторваться тромб. Легко. Я тебя научу. Или сама сделаю, если ты боишься. А еще лучше, пусть это сделает ваша дочь, Стася! Огонь ведь девка, я ее обожаю! На нее точно никто не подумает. И какая ирония судьбы, твоя Энджи ее столько лет растила, своей считала, и такой удар в спину!

— Ты ненормальная.

— У меня просто другие границы нормы, — усмехается нагло, — это реально выход, Кир, убить твою жену!

Она говорит громко, и тут я слышу тихий скрип.

Твою ж… Это Максим! Что он успел услышать?

И слышала ли Кристина то, что он тут?

Лика

От волнения сдавливает горло, да так, что дышать не могу.

— Максим, сынок! Ты как?

Вроде он дома, в том месте, где должно быть безопаснее всего, но я переживаю за него так сильно, как если бы он стоял у кромки жерла вулкана.

— Мам, я в порядке, это ты как? Куда ты уехала из больницы? Где ты?

Переглядываюсь с Ростоцким, который принес мне телефон. Не зря я уговорила сына запомнить его номер. Сынок — молодец. Запомнил и позвонил. По сжатому рту Рафаэля понимаю, что выдавать мое местоположение даже Максиму не стоит.

— Я у друзей, не волнуйся за меня и не говори папе, что связался со мной, хорошо? — не выдерживаю и задаю вопрос, который, наверное не должна задавать: — Как он? Как отец?

— Он…

Пауза напрягает. Чувствую недоброе.

— Он не один. К нему приехала эта…

Волоски на загривке встают дыбом и электризуются от дикого напряжения.

Я просто немею от ужаса и шока, и Ростоцкий одними глазами спрашивает: что?

— Сынок, закройся в комнате, не говори папе, что я звонила, ни с кем не разговаривай, даже со Стасей. Тем более с ней. Ты у меня очень умный мальчик. Я знаю, что ты не будешь делать глупостей.

Да, я немного сюсюкаю, ведь ужасно переживаю за своего сына, а Ростоцкий протягивает руку, чтобы взять телефон, дает понять, что пора заканчивать разговор.

— Я дам трубку своему хорошему знакомому. Ему можно доверять. Пока, дорогой, я тебя люблю. Всё будет хорошо. Мы справимся.

— Мам, я тоже тебя люблю…

Передаю трубку Ростоцкому, он перехватывает разговор.

Мне плохо, мутит, в голове шум. Неужели Кристина посмела прийти к нам домой? Зачем? Да ясно, что нужно этой суке! Во рту образуется вкус металла, я прокусила внутреннюю поверхность щек.

Всхлипываю, но слез нет, впиваюсь глазами в Рафаэля.

Он почему-то хвалит Макса и дает ему инструкции.

— Что случилось? — спрашиваю, когда кладем трубку.

— Как раз ничего. Максим молодец. А тебе нужно отдохнуть. Поешь и отдыхай. В холодильнике контейнеры с готовой едой, я привез. Поешь и ложись спать. Тебе понадобятся силы.

— Зачем? — напрягаюсь. — Что будет?

— Узнаешь, — говорит с каменным лицом, явно думая о чем-то своем.

Мужчины! Еще один образчик представителя мужского рода себе на уме.

Одним таким я уже наелась.

Кирилл, мой пока ещё муж! Всё пытается держать под своим контролем, а потом, когда упускает вожжи, никому не дает себе помочь. Он же самец! Никогда не попросит о помощи.