Книга После развода. Слепая любовь генерала, страница 53 – Элен Блио, Полина Измайлова

— Вот поставлю вас на ноги, пригласите меня в ресторан, угостите черной икрой и расскажете обо всем.

— А вы пойдете со мной в ресторан?

— А почему бы и нет?

— Черную икру любите?

— Давно не ела. Забыла вкус. Но раз вы угощаете.

— Заметано, Лариса Михайловна. Я запомнил.

— Я тоже…

Она дальше массировала. А я вспоминал…

Лёлю свою вспоминал.

Как она хотела врачом стать. Как плакала, когда ее из института выперли, а я тогда ничем не смог помочь, просто утешал. Ну и говорил, что всё получится, что она закончит институт, только позже.

А позже у нас родился сын, потом дочь, переезды, сборы, новые места.

Я строил карьеру упорно, пер в гору, поставив цель.

Я деду своему обещал, что буду генералом. Не хотел посрамить честь офицерскую. И династию прервать.

А Лёля была рядом.

Не просто рядом. Спина к спине, грудь к груди. Вместе были, спаяны. Тылом моим была, самым настоящим.

Офицерская жена.

Офицерская жена — это не просто словосочетание. Не просто слова.

За ними целая философия.

Может, кто-то скажет — громко сказано? Но мы, мужчины, офицеры, мужья этих жен ответим — нет. Не громко.

Справедливо.

Это наши девочки, юные, тонкие, звонкие едут за нами в глухие леса, в холодные, нетопленные бараки, в крохотные городки, где нет никаких развлечений, и один магазин на всё про всё.

Это наши девочки могут приготовить самый вкусный ужин из простой картошки и тушенки, да еще и десерт со сгущенкой, такой, что пальчики оближешь.

Это наши девчонки рожают нам детей, занимаются ими, пока мы защищаем Родину, или просто отдыхаем на плацу или в казарме, травим анекдоты или играем в шахматы или карты.

Они нам верны. Они готовы за нами куда угодно.

И что это, если не любовь и верность?

Меркантильности тут ноль. Заработки у офицеров всегда были неплохие, да. Но всё равно это не про меркантильность.

Это не про достаток и удобство.

Девочки, которые выходят за лейтенантов не потому, что уверены — они станут генералами. Нет.

Они просто нас любят.

А мы любим их.

Стараемся. Как можем.

Я тоже старался.

Но моя программа дала сбой.

Глупость.

Гнусность.

Подлость совершил.

Сейчас, когда прошло пусть немного времени, но прошло, я не могу себя понять.

Что я натворил?

Чем таким меня одурманили, что я пошел на это?

И сам же себе отвечаю. Да, ничем.

Сам во всем виноват. Кого же еще винить?

Девицу молодую, которая на твои, старый ты дурак, генеральские погоны повелась? Конечно, ей хотелось жить красиво. Вырваться из того болота, в котором она росла. Алина же прекрасно знала, что у меня есть дом в подмосковной Балашихе. И квартира там же. А еще — зарплата приличная, командирская, наградные, за выслугу лет, за горячие точки. Получал я хорошо. Ведомости бухгалтерские она вполне могла видеть. Да и без ведомостей ясно, что я не какой-то прыщавый, сопливый лейтенантик, который и ухаживать-то толком не будет.

Девочка хотела красивой жизни.

А чего хотел я?

Неужели не думал о том, что теряю?

Думал. Но страсть оказалась сильнее. Или глупость?

Помню же, как меня распирало от гордости, что я помог такой красивой девочке, спас ее, что смотрит она на меня как на царя и на бога.

И на мужчину.

Я же таких взглядов давно не ловил. Или не так. Не замечал.

Просто не замечал.

Сколько в командировках было с нами всегда девиц? Были, были. И на передовой, в горячих точках тоже. И медички, и связисточки, и бойцы — снайперы. Были женщины рядом всегда. Только для меня они всегда же были боевыми товарищами, не больше. Даже если они пытались обратить на себя мое внимание.