Книга Развод в 42. Генерал, залечи мои раны, страница 59 – Элен Блио, Полина Измайлова

Сначала Диана была милой и нежной. После свадьбы тоже.

Потом уже я стал соображать, уже когда попал в зону, что все ее поведение было притворством.

Она словно заманивала меня в сети, делала всё, чтобы я потерял бдительность.

А я и потерял.

Нет, не то что она меня заставила подписать контракт. Наоборот.

Я сам об этом подумывал. И не из-за денег.

Много моих однокашников там было. Кто-то уже и остался навсегда. Хотелось пойти за них. Бить врага во имя дружбы. Во имя жизни.

А Диана…

— Зачем тебе эта армия? Там опасно! У твоего отца хороший бизнес! Деньги!

— Ты… ты о чем вообще говоришь, Диан? Ты сама думаешь?

— А ты думаешь? Ты… да, ты зарабатываешь нормально. Но можно же больше? А когда мы будем детей планировать? Как я вообще могу думать о детях, когда я не знаю, где завтра будешь ты? Отправят в Мухосранск…

— Куда?

— Туда! Откуда я чудом сбежала! Слав, ну что ты как ребенок?

— Это ты у меня как ребенок, Диан. Ну что ты? Всё у нас будет хорошо. И детей можно планировать, как закончишь учебу, да и я…

Тогда я реально думал, что она еще ребенок.

Незрелый.

Поэтому так рассуждает.

Кто ж знал, что моя жена — такая прошаренная тварь?

Отец…

Об отце я даже и думать не могу.

Я ведь не сразу всё узнал.

Дозированно. Порционно.

Измена Дианы. Ее похождения. То, как она хвалилась, мол, муж служит, бабло мне капает, а если помрет — вообще буду в шоколаде.

Да, да… так и сказала.

Кому?

Диана не слишком хорошо выбирает друзей. Или слишком.

Зачем-то вляпалась в компанию моего друга Миши.

С Мишкой мы дружили в школе, на хоккей вместе ходили. Тогда он был нормальным. Потом его отец занял высокий пост, и Мишка стал мажором. Мы всё равно общались, но уже реже. Слишком разные интересы.

Да и потом я женился, по мнению некоторых друзей, слишком рано. Я плевал на их мнение, что и озвучил. Видимо, был не прав.

Диане Миша сначала не понравился. Так и сказала — мажор, живет за счет бабла отца. Но потом её мнение изменилось. И она как-то даже его мне в пример поставила, мол, вот так надо жить. Меня это выбесило, мы поругались.

Она долго дулась.

У Миши была девушка, Анжела, Диана ее постоянно критиковала, мол, деревня, не так одевается, не так разговаривает. Хотя, в отличие от моей Ди, Анжелка была коренной москвичкой.

Угадайте, кто мне рассказал про измену Дианы?

И кто потом добавил, что у моей распрекрасной юной жены, которую я считал ребенком, роман с моим отцом?

Измена любимой стала ударом.

Я был еще там, в зоне. Как раз после этого отправился на задание.

Я не должен был идти, но пошел.

Было непросто. Но мы с мужиками всё сделали. Давили этих мразей, которые окопались на нашей земле. Наемники. Все иностранцы.

Одного я взял живым, спросил — что ты тут делаешь? Зачем ты пришел на чужую землю? Зачем принес сюда боль и смерть? Он ответил, что мы сами виноваты. Это мы первые пошли не туда, куда надо было.

— Мы пошли защищать свою страну и свой народ. А ты кто? Что ты делаешь тут? За что ты жизнь готов отдать? За бабло?

Этих мразей мне было совсем не жалко. Никому из нас. Мы видели и знали, на что они способны. Что они делают. Поэтому — в расход. Без сожалений.

Но и нас потрепали знатно.

Последнее — уже почти на выходе к своим.

Но я остался жив.

Знал, что буду жить. Всем смертям назло.