Книга Его ботанка, страница 131 – К.О.В.Ш.

У Мирона глаза на лоб полезли от увиденного: Лена, весьма соблазнительно изогнувшись, стояла перед зеркалом в одном полотенце, которое чуть распахнулось, демонстрируя ее правое бедро. Волосы небрежными локонами рассыпались по острым плечам, а губы, накрашенные ярко-красной помадой, будто посылали воздушный поцелуй.

Когда первый шок прошел, Мирон пробежался глазами по переписке, в которой Лена предлагала Сереже встретиться, а тот соглашался, а потом уставился на Никитину.

Он вдруг заметил, что глаза у нее красные, как будто она долго плакала.

— Ты же знаешь, что она по нему сохла, – выпалила Юля. – У меня сохранилась переписка с ней, где она…

— Зачем ты мне все это показываешь? – раздраженно спросил Мирон.

Против воли он заскользил глазами по экрану. Он знал, что Сережа раньше нравился Лене, – в конце концов, все их общение началось с того, что он обещал ей помочь привлечь его внимание. И все же читать восторженные Ленины сообщения, где она рассказывала Юле, какой Сережа классный, было весьма мучительно. Но он почему-то продолжил это делать, чувствуя себя мерзко, потому что он без разрешения залез туда, куда его не звали, и не мог остановиться.

А потом вдруг начались сообщения, где Лена и Юля обсуждали его, Мирона. Пусть это было давно, но все же было неприятно получить такие характеристики, как «тупой качок» и «необразованное хамло».

Мирон так крепко сжал челюсти, что зубы заныли, и отвел взгляд.

— Убери это, – потребовал он, не глядя на Никитину. – Зачем ты мне это показываешь?

— Да потому, что ты мне нравишься! – дрогнувшим голосом ответила она. – Я не хочу, чтобы тебя водили за нос, и… не хочу, чтобы у тебя снова были проблемы.

Мирон прищурился. Это «снова» зацепило его куда сильнее признания Никитиной, в которое он ни на грамм не поверил.

— Что ты имеешь в виду?

Юля собралась с духом: она должна была пройти по очень тонкому льду. Она несколько дней рылась в интернете, собирая по крупицам информацию про прошлое Мирона, и не была уверена, что вся она верная. Использовать ее как козырь было рискованно, и все-таки Юле нужно было попытаться разыграть эту карту.

Просто сделать это очень осторожно. Она заговорила медленно, будто старательно подбирая слова, а на самом деле внимательно следила за выражением лица Мирона.

— Я хотела тебя предупредить, чтобы не вышло так… А если бы ты увидел их вместе или еще что-то и подрался бы с Сережей… Я… ты мне важен… и я… я не хочу, чтобы ты получил еще одну административку!

— Откуда ты про это знаешь? – поджал губы Мирон, неотрывно глядя ей в глаза.

Прозрачно-голубые, воспаленные, пронзительные. Юля не отводила взгляда, а смотрела прямо на него. Упрямо и твердо.

— А как ты думаешь, кто мог мне рассказать?

Мирон едва заметно дернулся, будто его ударили, а потом вдруг развернулся и пошел прочь.

— Мирон! – крикнула Юля, но он не обернулся в ее сторону, а, наоборот, пошел еще быстрее. – Мирон… – прошептала она, провожая его взглядом.

Она не побежала за ним, хотя очень хотелось. Что-то подсказывало ей, что сейчас его надо оставить одного.

* * *

— Роллы? У нас что, праздник какой-то? – удивилась Лена, увидев, что мама стоит на пороге с пакетом из ее любимого японского ресторана.

— Отмечаем твой перевод, – подмигнула мама, вручив ей пакет.