Книга Его ботанка, страница 42 – К.О.В.Ш.

И все же… если он не соврал про Яну, она точно с ним поужинает. В конце концов, Мирон прав, она постоянно торчит дома. Развлечься не помешает – главное не воспринимать это всерьез.

* * *

Оля смотрела на Владислава Юрьевича, который рассказывал со сцены студентам, какие прекрасные годы у них впереди. Он выступал на посвящении в студенты в качестве декана уже третий год подряд, но именно сегодня она по-настоящему его слушала и смотрела, не отрывая глаз.

Мало кому из мужчин шел официальный прикид, но Владислав будто был рожден для того, чтобы носить костюм-тройку и разбивать сердца молодых преподавательниц и студенток, которые смотрели на него во все глаза. А его улыбка и вовсе была контрольным в голову. Пуф.

Оля скривилась – как мало было ей нужно, чтобы декан захватил все ее мысли. Костюм, очаровательная улыбка и слова о том, что он не такой, как о нем говорят. Как типично. И тем более глупо вестись на это все.

Владислав, словно почувствовав, что она думает о нем, посмотрел со сцены прямо на нее. Оля тут же отвела взгляд, делая вид, что не разглядывала его секунду назад, но он явно заметил. И внутри что-то дрогнуло. Она должна выяснить правду. Сегодня.

Оля повернулась к Яне, сидевшей справа от нее, и шепнула:

— Погнали в бар? Отметим начало учебного года?

В конце концов, Мирон был прав, сколько можно торчать дома. Вечер пятницы как-никак.

— О таком надо предупреждать заранее, – сердито сказал Мирон, испепеляя Лену взглядом. – Марушкина, ты мне по гроб жизни должна будешь, отвечаю.

— Прости, я не думала, что ты… не злись. Пожалуйста.

Лена хлопала ресницами, глядя на него, как олененок Бэмби, и только это останавливало Мирона от того, чтобы развернуться и уйти. Ну и еще доклад, который Лена уже сделала, хотя сдаваться им только на следующей неделе.

Он покосился в сторону, где Никитина хихикала с Алешиной, незаметно потягивая свою электронку. Один ее вид вызывал у него раздражение, потому что она до боли напоминала ему Асю, хотя внешне они вообще не были похожи.

Ася была голубоглазой блондинкой, высокой, почти с него ростом, и очень худенькой, а Юля, напротив, была брюнеткой, достаточно фигуристой и не очень высокой. Но то, как она разговаривала, как улыбалась, как держалась в целом – все это отбрасывало Мирона назад, напоминая о том, что он всеми силами пытался оставить в прошлом. И пока он старался держать с Никитиной дистанцию, Марушкина делала все, чтобы они сталкивались.

Ей, видите ли, надо занести вещи к Юле в общагу, потому что она не может поехать в клуб в свитере и с огромной сумкой, куда сложила, по ходу, всю свою жизнь. И она решила, что будет очень здорово поехать в клуб втроем.

— А я не могу просто подержать твою сумку? – предложил Мирон. – А еще вечером без свитера будет холодно.

— Тут же идти пять минут. И до клуба ехать недалеко – ребята специально выбрали недалеко от универа. Ну чего ты?

— Не нравится мне твоя Никитина, – честно ответил Мирон.

— Да почему? – Глаза Лены округлились еще сильнее от любопытства, которое Мирон не собирался удовлетворять.

— Потому, – буркнул он. – Ладно, действуем по твоему плану, но это дорого тебе обойдется.

— Я даже не сомневалась, – фыркнула Лена.

Мирон взял ее за руку, отметив, что она стала очень спокойно на это реагировать, хотя первое время ей явно было не по себе, когда он так делал. Это было и мило, и смешно, но она краснела каждый раз, когда он дотрагивался до нее. А сейчас шла рядом как ни в чем не бывало. Вот она, сила привычки. И все же смущающаяся Марушкина его веселила, так что он не отказал себе в удовольствии немного ее поддразнить. Он наклонился к ней и выдохнул прямо в ухо: