Книга Завязка на любовь, страница 54 – Лера Деревянкина

— Когда мне было двенадцать, я описалась прямо на уроке физкультуры, а потом всем говорила, что облилась водой. – И поясняю: – Учительница никого не отпускала с урока.

— Вот конченая! – выругивается Юра, и я понимаю, что впервые вижу его таким рассерженным. – Тебе нечего стыдиться, просто некоторым не стоит работать с детьми.

— Наверное. – Поджимаю губы. – Что ж, полагаю, твоя очередь.

— В лагере на день открытых дверей я забыл свой стих прямо на сцене. Сделал вид, что мне всё равно, но на самом деле сразу после выступления заперся в кабинке туалета и плакал.

— Будь я там, обязательно обняла бы тебя.

— Не обняла бы. Я тогда всё ещё был пухлым и потным.

— Тогда бы точно обняла!

— Да-да, – отмахивается Юра. – Давай, теперь ты.

— На выпускном меня вырвало прямо на рюкзак мальчика, который мне нравился. Когда он за ним пришёл, мне было так стыдно, что я не смогла признаться и свалила всё на пьяного парня из параллели.

— А ты, оказывается, коварная, – смеётся Юра. – Хотел бы я посмотреть на тебя в старшей школе.

— Ничего интересного, – отмахиваюсь уже я. – Я была занудной зубрилой и, как ты уже понял, совершенно не умела рисковать.

— Ну, этот пунктик мы прокачали. Представь, что бы сказала восемнадцатилетняя Полина, если бы ты рассказала ей, что прыгала с вышки, отправилась с каким-то парнем в горы и, о ужас, попробовала что-то помимо карамельного латте?

— Она бы подумала, что я сумасшедшая. И, пожалуй, была бы права.

— Пожалуй.

— Что ещё расскажешь?

— Наверное, осталась всего одна постыдная вещь, о которой я никому до тебя не говорил.

— И что же это? – Приятно, что он делится со мной подобным.

— В нашу первую встречу я тебе соврал.

Неожиданно.

— Я сказал тебе тогда, что не читал твои книги и знаю тебя только из-за Марты. Но правда в том, что я прочитал как минимум пять твоих книг.

— Что? – Это признание буквально обескураживает меня. – Ты читал меня?

— Однажды мне было нечем заняться, и я увидел на столе у Марты твою книгу. Прочитал за два вечера, а потом стащил из её шкафа ещё парочку. Так что да, я тебе наврал. Как только ты вошла в кофейню, я сразу же тебя узнал.

— Почему ты соврал?

— Не хотел, чтобы ты посчитала меня очередным твоим сумасшедшим фанатом.

— Я не считаю своих читателей сумасшедшими фанатами.

— Но тогда-то я этого не знал.

Минуя многовековой пихтовый лес, десятки горных ручьёв и Бзерпинский карниз, к закату добираемся до лагеря. Пока Юра устанавливает палатку, решаю осмотреться. Забираюсь повыше и оглядываю место стоянки. Невероятно. Зелёные склоны Кавказских гор, в тени которых местами все ещё лежит снег, цветущие альпийские луга и в центре всего этого великолепия горное озеро. От Юры я знаю, что это озеро Малое, первое из озёр Дзитаку. И именно здесь нам предстоит провести сегодняшнюю ночь.

— Что это за цветы? – спрашиваю Юру, указывая на белые соцветия.

— Рододендрон.

«Ро-до-ден-дрон», – мысленно повторяю по слогам, чтобы запомнить название.

— Они прекрасны.

— Этот цветок называют альпийской розой. По легенде, Бог, когда выгнал первых людей из Эдемского сада, в напоминание о рае создал этот цветок. Рододендрон – символ тоски по дому, – продолжает рассказывать Юра, а затем, подняв голову от палатки, спрашивает: – Скучаешь по дому?