Книга Женился. Развёлся. Счастлив?, страница 60 – Татьяна Фомина

— Нет.

— Ясно, — опускает ниже голову, пряча лицо. — Я думал, она согласится.

Обнимаю паренька за плечи. Если бы всё так было просто…

Наталья

Не скажу, что последняя неделя далась мне легко, и работа к этому не имела никакого отношения. Дело было во мне.

Я много думала о своих словах, сказанных Павлу, и до сих пор не уверена, что поступаю правильно, лишая нас обоих счастья, пусть даже временного. Больше всего мне хотелось забыть обо всём, принять его предложение и забыться. Урвать у жизни свой кусочек женского счастья.

Не каждой женщине выпадает такой шанс. Шанс стать счастливой. Шанс, от которого я сама отказалась, своими руками, вырвав себе сердце. Запрещая себе любить. Любить открыто и всей душой. А полюбить Пашу было бы очень легко.

Я не слепая, и то, как относится Павел к Васе, не заметить просто невозможно. Даже только ради сына можно было бы закрыть глаза на многое. Но я точно знаю, что, как ни старайся, не видеть того, чего не хочется, оно всё равно рано или поздно встанет перед тобой, в открытую заявляя о себе, и тогда уже никуда не денешься.

Мужчина, который с любовью относится к чужому ребёнку, обязательно захочет иметь своих детей. Тем более, что Павел уже намекал об этом. И обманывать его, давая ложную надежду, — эгоизм в прямом его проявлении, который я, как никто другой, успела прочувствовать на себе.

Макар не любил никого кроме себя, он думал только о себе и о своих желаниях. Моего бывшего мужа нисколько не заботило, как себя чувствуют другие рядом с ним. Главное, чтобы ему было удобно. Поэтому принять предложение Павла, значит, поступить с ним также — думая исключительно о себе.

Секс — это только одна сторона семейной жизни. Какими бы гармоничными ни были отношения между супругами, вопрос о продолжении рода возникает всегда.

Чужой ребёнок, как бы тепло ты к нему не относился, никогда не заменит своего. И, когда Павел поймёт, что этого не будет, то возненавидит за обман и ложные надежды. Он ещё молод, и будет хорошим отцом. И я не имею никакого права лишать его этого счастья. Счастья, которое испытываешь, когда держишь на руках своего ребёнка. Счастья, когда видишь его первые шаги, и когда ведёшь его в жизнь.

Будь я моложе, возможно, со временем я бы смогла решиться забеременеть. Но, увы, этого времени нет у меня нет. Рожать нужно или прямо сейчас, или потом будет уже поздно.

Труднее всего мне было возвращаться домой. И, хотя я сама дала Павлу свободу, я была не готова узнать, что он ей воспользовался.

Ещё сложнее было засыпать в холодной постели одной, когда я точно знала, что рядом точно так же не может уснуть тот, кто готов прийти, стоит только позвать…

* * *

Ставлю машину на сигнализацию и уже по привычке отмечаю, что свет в окнах, где снимает квартиру Бессонов, не горит. Значит, хозяина нет дома.

«На дежурстве? Или же проводит время в приятной компании?» — мелькают в голове вопросы.

Одёргиваю сама себя, запрещая противному чувству безрассудной ревности терзать свою душу. Это несправедливо. Чертовски несправедливо, отдавать другой то, что могло принадлежать тебе, но ты этим не воспользовалась, потому что дура! С каждым днём надежда на случайную встречу, чтобы просто сказать «привет», тает на глазах, и я уже не уверена, что хочу её. Потому что боюсь увидеть холодность и равнодушие в тёмном шоколаде бархатных глаз.