Книга Ты знаешь, мама, он какой..., страница 127 – Карина Волк

Не разжимая зубов, едва шевеля губами, жёстко прорычал, — у меня совершенно нет времени.

— Платон Аркадьевич, не провоцируйте меня.

Мои глаза расширились до такой степени, что буквально полезли на лоб. Этот щенок в погонах окончательно съехал с рельсов и как неуправляемый поезд неизбежно мчится к самой пропасти. Нет. Этому недоноску пора объяснить кто есть, кто…

— А то что?

Следователь немного успокоился и, демонстративно помотав подбородком, пояснил, — я буду вынужден вызвать вас повесткой.

— Отлично. Очень жду вашего приглашения.

— Зачем вы так? Мне казалось, что вы хотите найти убийцу Ворошилова. Как никак он был отцом вашей племянницы.

Злобно усмехнулся.

— Хочу. И найду. Только такой сопляк, у которого совершенно нет опыта, вряд ли сможет найти убийцу. Побыстрее строчите свою повестку, — властно сделал шаг вперёд, — а то можете и не успеть.

Парень оторопел.

— Не понял. Вы что мне угрожаете?

Смешно! Дико смешно... Вернее было бы смешно, если бы не так грустно. Мы поменялись с ним ролями, теперь этот высокомерный, заносчивый малец, который, по всей видимости, благодаря хорошим связям присел на должность старшего следователя по особо важным делам Следственного комитета, не привык получать достойный ответ.

— Запомни, мальчик, я никогда и никому не угрожаю. Лишь предупреждаю. Ты лучше займись своим делом. В противном деле у тебя дело изымут.

— Это не вам решать.

Распахнул дверь и, неспешно повернув голову, презрительно усмехнулся.

— Конечно, не мне. Твоему руководителю. Ивану Петровичу привет передавай.

Вся спесь с наглого мальчишки моментально спала, он побледнел и, выдавив из себя улыбку, промолвил слабым, подрагивающим голоском, — обязательно передам. Но, Платон Аркадьевич, вы зря столь негативно воспринимаете мои вопросы. Я лишь выполняю свои служебные обязанности. Никого и ни в чём не обвиняю. Мне поступил сигнал, вот я его и проверяю.

Надменно покривил губами и спокойным тоном, сквозь плотно сжатые зубы, процедил, — очень надеюсь, что вы профессионал. А так называемый сигнал, — озлобленно сузил глаза, — лишь фикция. Не стоит этому уделять столько времени. Одна маленькая, обиженная девочка всё неправильно поняла и преждевременно сделала неправильные выводы.

Следователь интенсивно захлопал глазами и судорожно пробежался по мне перепуганным взглядом.

— Не понимаю, о чём вы говорите. О какой маленькой, обиженной девочке именно идёт речь? У меня совершено иной источник информации.

Испугался… П…ц! Реально волнуется за Елизавету. А девочка не промах, без труда очаровала парня. Б… ь. Надо прекращать подаваться сумасшедшей ревности, он просто-напросто выполняет свои обязанности.

— И кто же ваш источник? В кабинете, когда ко мне ворвался Ворошилов, находились только я и Елизавета Романова. Других свидетелей конфликта не было. Несложно сложить дважды два.

Парень помрачнел.

— Так кто же вам рассказал? Очень сомневаюсь, что вам удалось допросить Ворошилова. Вряд ли вы с его духом установили связь.

— Платон Аркадьевич, очень надеюсь, что вы не будете усугублять ситуацию. Елизавета Игоревна не совершила ничего плохого, — отчаянные попытки защитить Лизу страшно бесили меня. — Она лишь выполнила свой гражданский долг. Да и вам нечего опасаться. Вы же непричастны к убийству Ворошилова.