Книга Ты знаешь, мама, он какой..., страница 6 – Карина Волк

Снисходительно усмехнулся. Легко сказать и как сложно сделать. Эта дрянь способна мёртвого вывести из себя, что уж говорить о живом человеке. И не просто о живом человеке, а о возбуждённом мужике, который вспыхивает от одного лишь робкого, невинного взгляда с её стороны, а уж когда она распахивает свои дерзкий ротик, так там полный трешь. Сам себе удивляюсь, как умудрюсь сдерживать себя…

— Я к матери не поеду. Можете пороть. Убивать. Что хотите, делайте, но я в её дом больше ни ногой?

С искренним сожалением и неприсущим ему сопереживанием ласково провёл пальцами по щеке.

— А ко мне поедешь?

Малышка приоткрыла рот, но даже не смогла выдавить из себя слабый звук.

— Ну что ты смотришь на меня такими перепуганными глазками? Куда исчез твой бунтарский характер? Или тебя вовсе не обидел мой вопрос?

Ироничная улыбка застыла на моих губах.

— Я сама справлюсь со своими проблемами. А вы езжайте домой. Ложитесь в тёплую кроватку и отдыхайте. В вашем возрасте перенапрягаться не следует. Тем более, — она наигранно поводила руками по плечам, — что сегодня очень холодно. Не дай бог, по моей вине простудитесь.

Вот же дрянь малолетняя! Привыкла перед своими сверстниками-сопляками хвостом крутить.

Решительно сделал шаг вперёд, заставляя Лизу трусливо отступать до тех пор, пока она не была прижата к автомобилю.

— С превеликим удовольствием бы сегодня лежал в тёплой постельке, только вот из-за одной несносной девицы мне приходится бегать по городу.

Девочка высокомерно вздёрнула подбородок и равнодушно пожала плечами.

— Я у вас помощи не просила.

— Не просила. Правильно, — даже и не думал возражать. — Но так уж получилось, что никто, кроме меня тебе помочь не может. А теперь заканчивай перепекаться и прыгай в машину.

Елизавета опасалась, лишний раз провоцировать меня не собиралась, но вот усмирить свой несносный, капризный характер попросту не могла. И откуда такая тяга всегда мне перечить?

— Лиза, садись в машину.

— Платон Аркадьевич, — немного выдержав паузу, девочка театрально подняла глаза и с вызовом посмотрела, — я к матери не поеду. И к вам не поеду, — моментально развеяла все его вульгарные иллюзии, лишив слабой надежды.

— Отлично. Без проблем могу отвезти тебя в отель.

Не дожидаясь её ответа, схватил строптивую кобылку за руку и толкнул в автомобиль.

— В какой отель? Вы что творите?

— В какой, какой. Самый хороший, престижный, с мягкой, удобной, тёплой постелькой, — молниеносно развернул её лицом к себе и, прислонив к своему телу, улыбнулся во все тридцать три белоснежных зуба. — И так уж и быть, раз ты такая непутёвая и вечно попадаешь в истории, мне придётся тебя охранять. А то, не ровён час, ты снова найдёшь приключений на свою упругую задницу. А от меня ты точно никуда не убежишь. Я не твоя мамочка. Цацкаться не буду.

— А от вас меня кто убережёт? — Пылко выпалила она, даже не успев подумать и осмыслить чересчур провокационный вопрос.

— Никто. Лиза, я всегда получаю то, что хочу. Или кого хочу, — наклонился и шаловливо провёл сырым кончиком носа по девичьей щеке. — Но можешь не беспокоиться. Я никогда не принуждаю женщину. Привык завоёвывать. Так интереснее.

Не обманывал. Сказал чистую правду. Ещё никогда не было в моей жизни столь унизительной и сомнительной практики, чтобы я угрозами и силой принуждал женщину. Но как известно: «всё течёт, всё меняется».