Книга Между Любовью и Страстью [Первая книга], страница 33 – Карина Волк

Удивительно! Поймал себя на мысли, что робость и скромность могут быть такими соблазнительными и манящими. Привык к совершенно иному типажу женщин, более раскрепощённым, искушённым.

— А что тебя собственно, удивляет? — Саша нервно передёрнула плечами, словно чувствуя давящий груз. — Рано и поздно мне придётся выйти замуж. И ты прекрасная кандидатура, — она говорила сухо, как будто бы выбирала ретивого, породистого жеребца для скачек. — Красивый. Образованный. Из хорошей семьи. Не обладающей вредными привычками.

Александра щедро раздавала комплементы своими ягодными губками, мне льстили её слова, но при этом не покидало ощущение, что она максимально пытается вести себя прагматично. А вот прагматизм совершенно несвойственен таким хрупким, наивным девочкам. Или это всё игра? Что мне, собственно, известно про Александру. Я помню её, когда она была ещё подростком. Мало говорила, при виде меня робела, страшно смущалась, терялась.

— Правда? Слишком громкое заявление, — сделал небольшой шаг вперёд и трепетно пробежался пальцами по волнистым, жгуче-чёрным волосам, которые божественно сочетались с белоснежной кожей.

Странно как-то получается… Почему-то одни и те же вещи, которые нас так восхищают в других людях или фильмах, не всегда восхищают в собственной жизни. Иначе воспринимаются. Идёт навстречу красивая девушка, волосы развеваются на ветру — художественно, естественно и хочется запечатлеть этот момент. Это так красиво, когда у кого-то слегка растрёпаны волосы! Когда прядь падает на лоб, щёки или глаза. Это может быть так сексуально.

— Ты же ничего обо мне не знаешь.

— Почему же не знаю, — ловко парировала мне Саша.

Девочка дерзко взмахнула головой, лишая возможности прикасаться к мягким волосам.

— Родители мне о тебе многое рассказали. Да и Виктория тебя очень хвалит. В общем, моя семья считает, что ты самая лучшая кандидатура. И я не возражаю. Ты вполне симпатичный.

С недоверием наклонил голову.

— Ты всегда слушаешь родителей? — Провокационно уточнил, холодным голосом.

— Да. Почти всегда. Думаю, что мои родители мне плохого не посоветуют, потому что желают мне лишь лучшего.

Едва сдержал язвительную ухмылку.

Б… ь! Мне, действительно, собираются «подсунуть» правильную пай-девочку, которая готова почитать и уважать мужа. Ничего плохо не имею против хороших девушек, только вот я далеко не идеал. Мне же безумно скучно будет с ней, внешне Александра вполне сносная, но такая приторно правильная, нет в ней страстного огонька, необходимой дерзости.

Приглушённо покашлял, сдерживая язвительный смешок.

— Тебя, что-то удивляет? — Гневно проворчала она, уловив мой неозвученный посыл, — считаешь, что девушка в двадцать лет не должна прислушиваться к мнению родителей?

Сначала хотел заявить, что нет. Нужно прислушиваться к себе и поступать, как считаешь нужным... Ошибаться, делать выводы и идти дальше... Я так поступала и ни о чём не жалею, ценным становится то, что прожито тобой лично, чужой опыт — это пустой звук. К родителям можно прислушиваться, а вот слушать их не надо. Иногда их советы — не что иное, как тоска по былому, когда они что-то не сделали, что хотели бы сделать.

— Тут важно понимать, в чём и когда должен слушаться своих родителей. Часто воспитание детей происходит, только исходя из собственного опыта родителей. Он может быть богатым, разнообразным и во многом полезным ребёнку, — постарался тактично ответить на острый вопрос, не обижая девушку, но вышло слабо…