Книга Между Любовью и Страстью [Первая книга], страница 9 – Карина Волк

— И что? Зачем ты мне это говоришь?

Теперь Виктории шокировано округлила глаза, мой вопрос застал её врасплох. Гневно отвела от неё взор. А какой реакции ожидала моя сестра? Что должна была сделать? Прыгать от счастья до потолка? А чему радоваться?

Ворошилов всегда относился ко мне безразлично. Несколько лет уехал в Швейцарию и временами, приезжая в страну, встречался с сестрой, но даже не спрашивал обо мне… А если и интересовался, то лишь из-за уважения к Виктории, так между словом.

— Саша, ты меня удивляешь? Ты же его любишь?

Закатила глаза.

— Глупостей не говори. «Любовь» слишком громкое слово. Признаю, что, когда была подростком испытывала к нему симпатию, но сейчас выросла, и многое изменилось.

Из последних сил стремилась заглушить свои чувства, даже пыталась построить отношения с другими парнями, но вырвать его из сердца так и не смогла. Но сестре об этом знать необязательно.

— Саша, ты кого хочешь обмануть? — Дерзко провозгласила она.

Медленно опустила, а затем стремительно подняла глаза и, пристально посмотрев на сестру, жёстко провозгласила, — Вика, хватит. Прекрати дразнить меня. Тебе хорошо известно, что Игнату на меня плевать.

Хотите потерять женщину? Стараний много не надо. Равнодушия будет вполне достаточно.

— Вика, меня не интересует Ворошилов. И я больше не хочу о нём говорить.

Сестра помотала головой.

— Ты действительно ничего не знаешь, — констатировала она.

— Да что я должна знать? — Нервно замотала руками, откровенно выражая свою злость, страшно устала от загадок.

Виктория пару секунд безмолвно молчала, а затем встав с кровати, поправ одежду, торжественно провозгласила, — Саша, завтра состоится ужин. Семья Ворошиловых придёт. И знаешь зачем?

— Зачем? — Уже более сдержанно уточнила, параллельно ощущая, как табун мурашек раздирает мою кожу, предвкушение скрой встречи с Игнатом, волновало меня и вызывало ужасный трепет.

— Сашка, родители хотят вас поженить.

Активно захлопала глазами.

— Не смешно, Виктория. Совершенно несмешно, — разгневанно прорычала, поражаясь жестокости сестры, которая откровенно издевалась надо мной.

Сестра сурово сузила глаза.

— Это не шутка. А чистая правда. Ты же знаешь, что Сергей Платонович — смертельно болен. Он хочет передать бизнес Игнату. Но ещё молод. Ему нужна поддержка.

Отвращение отразилось на моём лице. Брезгливо поморщилась.

— Вика, ты что? Договорной брак? Брак, ради денег?

Сестра усмехнулась.

— Милая, одно другому не мешает. Ты же любишь Игната. Вы просто совместите приятное с полезным, — цинично и прагматично парировала она.

Возмущённо ухмыльнулась и, молниеносно покинув кровать, схватила халат и, накинув его на плечи, ответила, — нет, Виктория. Я никогда не выйду за Ворошилова. Он меня не любит. Тем более, ты сама мне говорила, что у него есть девушка.

— Боже, Сашка. Не будь такой занудой. Какая девушка? Так. Временное увлечение. Ничего серьёзного.

— Правда? Кто так сказал?

Виктория нахмурилась.

— Ты его любишь?

— Люблю. И что?

— А то, сестрёнка, — язвительно проворчала Виктория. — За свою любовь бороться надо. Тем более, что тебе выпал такой шанс. Нужно быть полной глупышкой, чтобы его упустить.

Сердце болезненно сжалось.

— Вика, как я могу бороться за его любовь, если Игнат ничего ко мне не испытывает. «Насильно, мил не будешь».