Книга Принцип неизбежности, страница 36 – Алина Аркади

— Я предупреждала, что в готовке не сильна. Увы, данные способности не переняла от мамы.

— А мама у нас кто? – задаёт вопрос с набитым ртом, обмакивая блин в сметану.

— Кондитер со множеством наград и регалий. Управляет сетью кондитерских, проводит мастер-классы, участвует в телешоу. А её рецепт сладкой лазаньи уже не один раз намеревались купить за бешеные деньги. Но папа считает, что это его блюдо и вот уже двадцать лет начинает день с данного десерта. Старшая сестра особыми кулинарными навыками не отличается, я тоже, может, младшая со временем проявит себя, – пожимаю плечами, понимая, что Сонька пока тёмная лошадка, но папа уже сейчас говорит, что она переплюнет нас всех.

— И сколько вас в семье?

— Четверо. Ещё есть брат.

— Плодовитый у тебя папаша.

— Это заслуга мамы. Она всегда хотела большую семью, и чтобы у каждого из нас было родное плечо, на которое можно опереться. А у тебя есть братья или сёстры?

— Нет. – Улыбка, секунду назад растягивающая губы мужчины, исчезает, чтобы явить тоскливый взгляд, наполненный сожалением. – Никого нет. Я один.

— Грустно быть одному: никто о тебе не думает, не переживает, не ждёт…

— Я привык. Особых сожалений не испытываю, – распарывает взглядом, показывая, что тема закрыта и подробностей его биографии я не заслужила, как и информации об имени. – Спасибо за завтрак. Есть можно.

Поднимается, чтобы выудить из шкафа небольшой портфель и выйти из комнаты. Не знаю, куда он отправился, но слышу, как открывается входная дверь. Возможно, решил проверить сумку с оружием или же само транспортное средство. Движения Глока скованные, но передвигаться он может, что свидетельствует о нормализации состояния. Собираю несколько тарелок и кружки, чтобы отправиться к речке, когда слышу голос мужчины, и сразу понимаю, что он разговаривает по телефону. Значит, связь всё-таки есть?

— …договорились, завтра в «Вайне». В девять. Четвёртый ВИП. Отдаю то, что забрал у девки, и охоту можно считать оконченной.

Заканчивает разговор, отключается, а затем набирает номер, но, судя по тому, что через минуту засовывает телефон в карман, абонент общаться не пожелал. Поднимается по ступеням, встретившись со мной нечитаемым взглядом, и исчезает в доме, никак не прокомментировав посуду в моих руках. Видимо, завтра мы уедем, потому что ВИП может быть только в каком-то заведении, а вокруг нас лишь лес на несколько километров.

Направляюсь к речке, оценив прекрасный вид водной глади. Неширокая и неглубокая, выглядит вполне мирно, поэтому я, скинув обувь, захожу по щиколотку, чтобы вздрогнуть от ощутимой прохлады. Сделав то, за чем пришла, усаживаюсь на берегу, подставляя лицо солнцу и, закрыв глаза, впитываю звуки природы. Так хорошо мне не было даже в Бад-Ишле, куда наша семья ездит раз в год, чтобы побывать в бальнеологическом центре по желанию мамы.

Не знаю, сколько сижу у воды, изучая дно сквозь прозрачную воду, но в какой-то момент поднимаюсь и иду в домик. Глок не выходил, вероятно, решил отдохнуть. Вспоминаю, что нужно поставить ещё одну капельницу, рекомендованную Германом.

Вхожу и вижу мужчину, который устроился на диване, разглядывая экран ноутбука. Не знаю, где он был, но предусмотрительный Глок готов ко всему даже в глухой чаще леса. Неслышно обхожу его, встав позади и рассматривая таблицы со множеством цифр.