Книга В голове только шоколад, страница 30 – Катёна Спарк, Марина Рэй

— Тогда навигатором буду я, – успокоившись, решительно сказала Аня. – А ты будешь экскурсоводом.

— Я здесь часто бывала.Папа брал меня с собой в командировки, пока я была маленькая. А потом мы с братом сами приезжали. Так что я знаю много интересных мест... если смогу их найти.

— Найдём, – Аня улыбнулась. – У меня с картами всё отлично.

* * *

Через час мы уже вышли из общаги. Я надела любимую черную футболку, джинсы, удобные кроссовки – главное в такой прогулке комфорт. Аня выбрала уютный розовый сарафан и дополнила образ белыми кедами– Куда сначала? – спросила я, когда мы вышли на улицу.

— Завтрак, – Аня уже открыла карты на телефоне. – Тут недалеко есть кофейня с хорошими отзывами. Пойдём?

— Веди.

Мы пошли. Я честно пыталась запомнить дорогу, но через три поворота уже потеряла направление.

— Ты серьёзно? – Аня заметила мой растерянный взгляд.

— Абсолютно, – вздохнула я. – Я даже в общаге иногда путаю, где наша комната, вчера чуть не зашла в чужой блок.

— А если бы зашла?

— Ну, познакомилась бы с новыми людьми, – философски заметила я.

— Ты неисправима, – Аня рассмеялась. – Вы с Андреем близнецы, но он-то нормально ориентируется, – добавила она.

— Он весь талант навигации забрал себе, – пожаловалась я. – А мне досталась способность теряться в трёх соснах. Зато у него не получается так интересно рассказывать истории, как у меня.

— Это правда, – согласилась Аня. – Я заметила.

Кофейня оказалась маленькой и уютной. Пахло свежемолотым кофе, ванилью и чуть сладковатой выпечкой — так вкусно, что в животе сразу заурчало. Внутри оказалось просторно и светло. Вместо обычных люстр с потолка свисали длинные светодиодные линии, встроенные прямо в бетонные перекрытия. Стены, отделанные светлым деревом, чередовались с матовыми чёрными панелями, диваны были из мягкой серой велюровой ткани. На столике стояла маленькая ваза с живым суккулентом, салфетка и меню на деревянной подставке. За окном открывался вид на сквер — ещё зелёный, сентябрьский.

Мы взяли по порции сырников и капучино.

— Аня, – спросила я, когда мы устроились за столиком. – А ты как вообще в Минске? Была раньше?

— Пару раз с родителями, – она откусила сырник. – Но всё быстро, по делам. Ничего толком не посмотрела. А ты говорила, что часто здесь бывала.

— Да, папа у меня бизнесмен, у него тут офис. Раньше он часто брал меня с собой. Я сидела в офисе, делала уроки, а потом мы гуляли. Андрей тоже иногда с нами приезжал, .

— А мама?

— Мама работала в Гродно, не могла бросить. Поэтому Минск – это было наше с папой время, ну и с братом, когда он был не занят.

— Здорово, – Аня улыбнулась. – Расскажешь про ваши любимые места?

— Конечно, – я оживилась. – Но ты меня туда сама доведи, а то я помню, что это где-то у метро, но какое – не спрашивай.

После завтрака мы отправились в сторону ближайшей станции метро. Я купила жетоны, Аня сверялась с картой.

— Нам на «Восток», – сказала она. – ехать почти до конца синей ветки.

— Библиотека? – догадалась я.

— Ага, ты говорила, что это твоё любимое место.

— Оно и папино любимое, – я улыбнулась. – Он говорит, что это символ того, что знания – это свет. И что здание похоже на алмаз, потому что знания драгоценны.

— Красивая метафора, – заметила Аня.

— Папа умеет, – я улыбнулась. – Однажды мы пришли сюда вечером, и он сказал: «Смотри, Мила, это как наша с тобой любовь – светится в темноте». Я тогда расплакалась.