Книга В голове только шоколад, страница 44 – Катёна Спарк, Марина Рэй

Потому что два года назад я сам всё разрушил.

Потому что я трус. Потому что я боюсь, что она снова посмотрит на меня так, как тогда на крыльце. Как будто я убил в ней что–то живое.

— Илья! – снова этот голос.

Я обернулся, Света стояла в конце коридора и махала рукой.

— Я тебе потом напишу, хорошо? Не потеряй мой номер! И давай на неделе обязательно встретимся, я придумаю классный концепт для фотосессии, тебе понравится!

Я кивнул и быстро скрылся за дверью душевой.

Пусть пишет, пусть придумывает свои концепты, пусть делает хоть что угодно. Мне так всё равно.

Мне есть о ком думать.

Коридор после матча опустел. Только где-то вдалеке хлопали двери и слышались обрывки разговоров — студенты расходились, обсуждая игру. Пахло потом, резиной от кроссовок и дешёвым освежителем воздуха, который явно не справлялся с амбре раздевалки.

Я шёл медленно, сжимая в руках телефон. В голове прокручивалась сцена из медпункта: Мила сидит на кушетке, прижимает лёд ко лбу, хлопает своими глупыми глазами. Такая доверчивая. Такая наивная.

У неё даже мысли не возникло, что удар мог быть не случайным.

А я тренировал его две недели. Рассчитывал траекторию, силу, угол. Знал, что она сидит на трибунах — Аня выложила сторис с местами. Знал, что Андрей — её брат, значит, она будет смотреть именно на нашу половину.

Идеальная мишень.

Я усмехнулся и свернул в туалет. Вода в кране была ледяная, но я всё равно умылся — надо было смыть с лица эту дурацкую маску "милого заботливого парня".

Из зеркала на меня смотрел Влад Грокин. Светлые волосы, серые глаза, открытая улыбка. Никто бы не подумал, что этот парень способен на подлость.

Никто и не думает.

Я вытер лицо бумажным полотенцем, скомкал его и бросил в урну. Пора.

* * *

На втором этаже, у окна с видом на парковку, стояла Света. Она курила — точнее, парила. В руке у неё была светло розовая электронка, из которой валили густые клубы пара с приторно-сладким запахом. Что-то ягодное, с нотками карамели — такой аромат обычно бывает в дешёвых кальянных. Меня чуть не передёрнуло, но я сдержался.

Увидела меня — убрала электронку в карман куртки.

— Долго ты, — сказала она вместо приветствия.

— Отмывался от своей святости.

Света хмыкнула.

— Как она?

— В норме. Сидит в медпункте, лёд прикладывает. Аня с ней, — я прислонился к подоконнику. — Всё идёт по плану.

— Ага. — Света оглянулась по сторонам. — Только давай не здесь. Тут камеры.

Я удивился:

— Камеры?

— А ты не знал? — она повела бровью. — Везде висят. Служба безопасности универа следит, чтобы студенты не буянили. Так что если хочешь поговорить — пойдём на улицу.

Я кивнул. Мы спустились по лестнице, прошли мимо вахтёрши, которая даже не подняла головы от журнала с кроссвордами, и вышли на улицу.

Вечерело.Сентябрьское небо наливалось синевой, фонари уже горели, отбрасывая на мокрый асфальт оранжевые круги. Пахло сыростью и листвой. Где-то вдалеке сигналила машина.

Мы отошли подальше от входа, к скамейкам у небольшой парковой зоны. Света снова достала свою электронку, затянулась, выпустив в воздух густое сладкое облако. Запах клубничного сиропа смешался с осенней сыростью — мерзостное сочетание, но я промолчал.

— Рассказывай, — сказала она, глядя куда-то в сторону. — Что за план?