Книга В голове только шоколад, страница 73 – Катёна Спарк, Марина Рэй

— Что это? – спросила Аня, оторвав меня от мысли.

— Билеты к экзамену, – ответила я спокойно,незаметно смахнув предательски покатившуюся по щеке слезу и убрала их обратно в коробку. – Мы готовились вместе, всё сдали хорошо. Я потом эти билеты оставила на память.

— С Ильёй? – уточнила Аня.

— Ага, – я пожала плечами.

Я посидела ещё немного, перебирая остальное, а потом закрыла коробку крышкой и задвинула её обратно на нижнюю полку, но не глубоко, чтобы легко было достать. Решила, что потом переложу её повыше, чтоб всегда была под рукой.

И тут я вспомнила. Вчерашний вечер.

Я встала, подошла к сумочке, висевшей на стуле, и достала из кармана билет в кино. Маленькая бумажка с названием фильма, временем сеанса и номером ряда, которая все ещё пахла попкорном.

— О, новое поступление! – обрадовалась Аня, увидев билет в моих руках.

— Ага, – я улыбнулась и подошла к коробке. Аккуратно положила билет сверху, на всё остальное, рядом с ракушками, брелоками и старыми стикерами.

Я уже хотела закрыть коробку, как заметила на самом дне маленький белый квадратик, сложенный вчетверо. Бумага была чуть помятой. Почерк Ильи, его корявые буквы, которые я узнала бы из тысячи.

«Котёнок, ты сильная. Даже когда думаешь, что нет. А я всегда буду рядом. Мне показалось, что тебе нужно что-то родное, домашнее. Я смотрю на эти конфеты и вспоминаю, как ты смеялась, когда ела их. Хочу, чтобы ты снова улыбнулась. Илья»

Я замерла. Записка была из того вечера, когда случился потоп. Когда я с мокрой головой и больным животом носилась по общаге, а он потом принёс коробку с любимыми конфетами из Гродно. И эту записку. Я тогда спрятала её в тумбочку, а потом, видимо, переложила в коробку с воспоминаниями – уже не помню.

Пальцы дрожали. Я перечитала слова ещё раз.«Ты сильная… Я всегда буду рядом… Хочу, чтобы ты снова улыбнулась».

Он не сказал ничего лишнего. Ни про любовь, ни про чувства. Просто – «хочу, чтобы ты улыбнулась». И от этого стало тепло. Не так, как от старой фотографии или брелока с моря, а по-другому – глубоко внутри. Я сложила записку обратно и убрала на дно коробки. Пусть лежит. Там, где самые сокровенные вещи.

— Ну что, пойдем завтракать, а то на пары опоздаем? – спросила я.

— Пошли, пошли, а то мой желудок сейчас уже начнет переваривать сам себя.

Я вспомнила билеты с кино с Владом – с ним легко, безопасно. А Илья… он всегда был где-то рядом. Даже когда молчал, даже когда злил. Он привёз мне эти конфеты из Гродно, запомнил, какие я люблю, приберёг для того дня, когда мне было больно. И написал эти слова. «Я всегда буду рядом».

Может, то, что правильно – это не то, что просто и понятно, а то, от чего щемит в груди и не нужно ничего анализировать, потому что всё и так ясно. С самого начала было ясно. Просто я боялась себе признаться.

— Мил, ну ты идешь? – крикнула Аня из коридора.

— Иду!

Я ещё раз глянула на закрытую дверцу, улыбнулась своим мыслям и вышла из комнаты.

Потап и Настя - “Умамы”

Я влетела в аудиторию, когда преподаватель уже что-то писала на доске, и под гневные взгляды нескольких одногруппников, которым тоже не нравились опоздания, скользнула на свободное место. Рядом с Владом.

Он посмотрел на меня с лёгким осуждением в глазах – таким, которое обычно бывает у тех, кто пришёл вовремя и считает себя лучше остальных. Но я уже привыкла, поэтому только закатила глаза, доставая тетрадь.