Книга Пуанты и шипы, страница 11 – Diana Luras

— Договорились, псих. Я хочу посмотреть на это. Но если проиграешь, ключи упакуешь в красную коробочку.

— Я не проиграю. Через месяц ее здесь не будет, — я захлопнул дверцу шкафчика с такой силой, что все вздрогнули.

Я вышел на улицу. Азарт пылал во мне страшной силой, но где-то в глубине души заскребло странное ноющее чувство, стыда? Я грубо отмахнулся от него. Холодный ветер ударил в лицо. Игра началась. И ставкой была чья-то сломанная жизнь.

И это, черт возьми, заставляло чувствовать себя по-настоящему живым.

Университетский темп оказался совершенно иным, чем балетный или даже школьный. Сравнивая с балетом, здесь не было четкого ритма, счета и такта, который я привыкла считать, и в который должна идеально попадать. Здесь был свой другой, строгий распорядок. Лекции, семинары, самостоятельные работы. Мой мозг с первого дня закипал от количества получаемой информации, ведь помимо текущих тем, мне нужно было наверстывать и упущенные. Это оказалось сложно, но я заметила за собой еще одну черту — упрямство. Балет я любила, и меня не нужно было заставлять ходить туда или добиваться идеальных движений. Это была просто моя стихия. Но мне пришлось учиться ходить заново, и уж если я смогла сделать это, то и с бизнесом как-нибудь разберусь.

Первые три дня прошли как в тумане. Я приходила домой совершенно вымотанной, но не физически, как после долгих тренировок, а морально. Для меня это была новая, непривычная усталость. Нога обычно ныла к концу дня, и каждый вечер я посвящала ей целые ритуалы: легкий массаж, мазь, и отдых.

Но больше всего меня волновало излишне странное внимание со стороны того самого парня из первых рядов, что смотрел на меня с холодным любопытством. Его имя сложно было не запомнить, ведь в группе только и слышалось, что его прозвище — Лекс, на самом деле его звали Алекс. Он был не просто знаменитой фигурой на факультете, было такое ощущение, что он возомнил себя здесь негласным правителем. Высокий, статный, с широкими плечами, ровными чертами лица, глазами, напоминающими водную гладь, и всегда растрепанными светлыми волосами. Его окружала постоянная свита из таких же самодовольных и крутых парней, как он, и никогда не отстающая толпа фанаток, вешающихся ему на шею одна за другой.

Сначала это были «случайные» столкновения в коридоре, когда он проходил так близко, что задевал мою сумку, не извиняясь. Потом — «нечаянно» сказанная едкая реплика в мою сторону, когда я шла по лестнице, медленнее всех: «Наш аист на охоту вышел». Его друзья тут же поддакнули раздражающими смешками. Я чувствовала, как его глаза буквально прилипали к моей спине, и абсолютно не понимала, чем заслужила такое внимание.

Изначально я старалась не реагировать. Включала свой сценический щит — отстраненное, легкое выражение лица, за которым могла спрятать любую дрожь. В академии я годами училась улыбаться, когда тебе впивается в ногу пуант, или когда от усталости подкашиваются колени. Улыбка Лексу и его взгляду, полному презрительного интереса, давалась мне не легче.

Но сегодня он перешел границу. У нас шел семинар по менеджменту. Преподаватель, молодой и амбициозный доцент, объявил командные проекты. Нужно было разбиться на группы и подготовить презентацию бизнес-плана для стартапа. В аудитории поднялся гул — началась битва за сильнейших участников.