Книга Пуанты и шипы, страница 71 – Diana Luras

Это был не просто поцелуй. Это было извержение вулкана, рушились последние стены. Я сжал ее талию, и притянул ближе, смелея и углубляя поцелуй, она поддалась вперед и ее руки сомкнулись у меня на шее. Я прижимал ее к стене, боясь, что если не будет опоры, мы просто упадем.

Мы разомкнули губы, чтобы перевести дух, и я прижал свой лоб к ее, закрыв глаза. Мы оба тяжело дышали.

— Лиза, — прошептал я ее имя, как молитву.

— Я знаю, — ее голос был тихим, — я тоже не могу.

Я посмотрел на нее, все еще не веря. Она простила меня, приняла всего, и человека, и монстра. И я понял что проиграл окончательно. Проиграл ей, но это стало моей самой большой победой. Я улыбнулся и накрыл ее губы новым поцелуем.

Мы с Софией сидели в университетской столовой, и я выкладывала ей все. О свих чувствах, о том, что случилось на вечеринке. О том, что твориться у меня в душе все эти дни.

Она слушала, не перебивая, ее лицо было серьезным. Когда я закончила, она сделала глоток кофе и поставила чашку на стол с глухим стуком.

— Ты уверенна? — спросила она. — Не потому, что он богатый засранец и не потому, что тебе его жалко? А потому, что ты действительно влюбилась в этого бывшего мудака?

Я не стала спорить с ее формулировкой, ведь она была права.

— Да, это глупо, странно, непонятно. Но он мне нравится. И да, он все еще тот мудак, но еще он сражается за меня, меняется ради меня, я вижу это, и хочу дать нам шанс.

— Он ведь ломал тебя, Лиз. Я видела это.

— Я знаю. И я никогда этого не забуду, но он склеивает все заново. По-другому. Я не прошу тебя понять, я и сама не поняла, как это произошло. Я просто прошу быть рядом.

София тяжело вздохнула, и, откинувшись на спинку стула, закрыла лицо руками.

— Господи, подруга, у тебя реально стальные яйца, ты в курсе? Ладно, если он твой повторюсь осознанный выбор, если он сделает тебя счастливой, я буду молчать. Но! Ты помнишь да, номер киллера у меня все еще есть.

Я рассмеялась, чувствуя, как камень сваливается с души.

Я нашла Лекса в кафе. Они сидели с Витей за столиком, о чем-то оживленно болтая.

Лекс повернул голову и увидел меня. В его глазах была та же смесь надежды и чего-то предвкушающего, как и у меня. Витя, заметивший мой приход, вскочил на ноги.

— Лиза, садись. Как раз о тебе говорили. Говорю этому чурбану…

— Витя, заткнись, — мягко, но твердо сказал Лекс, не отрывая от меня взгляда.

Витя замер, посмотрел на него, затем на меня, и на его лице расплылась ухмылка.

— А понял, молчу, пойду, возьму кофе, на весь день.

Мы остались одни, я села напротив Лекса.

— Привет, — начал он. — Лиза, о том, что было на вечеринке. Я не должен был.

— А я не должна была отвечать, — перебила я его, — но я ответила, Лекс. И много думала, обо всем. И знаешь, я не хочу жить прошлым, и не хочу быть друзьями, у нас не получится быть друзьями. Ты, ты мне нравишься, и я хочу попробовать все сейчас, как бы безумно это не звучало. Думаю, я влюбилась в тебя.

— Лиза, я люблю тебя, но я боюсь сделать тебе больно.

— Если мы будем бояться, то так и не попробуем, а я хочу, Лекс. Я хочу попробовать вопреки всему, потому что мы оба прошли через ад. Давай исправлять это вместе.

— Вместе, — он взял мою руку и поднес к губам, — я не подведу.

В этот момент Витя вернулся с подносом, полным кофе и пирожных. Он увидел наши соединенные руки, и его лицо просияло.