Книга Измена. Слушай свое сердце, страница 22 – Елена Грасс

Вечером опять начинаю ласкать ее, надеясь на близость. Провожу ладонью по спине, чувствуя подушечками пальцев каждый позвонок, каждый мускул, напряжённый даже сейчас. Наклоняюсь, мои губы касаются её губ.

— Не надо. — Её голос агрессивен, замечаю это сразу же.

Она резко отворачивается, отодвигается к самому краю кровати.

— Почему?

— Я… устала, — бросает через плечо.

Но дело не просто в усталости. Она не хочет ни секса, ни даже разговоров со мной.

— Ясно. Наташ… что происходит?

Жена лежит, уткнувшись лицом в подушку, волосы растрёпаны по наволочке, и сначала мне кажется, что она просто не расслышала.

— Ты о чём? — наконец бросает.

Голос притворно-сонный, но я знаю эту игру. Она думает, что я куплюсь?

— Не прикидывайся, — злюсь. — Я не слепой. Ты последние дни как тень. Вроде и есть ты, и нет тебя. Ни слова, ни взгляда, ни прикосновений. Что, чёрт возьми, случилось?

Тишина.

— Иди ко мне… — Она крутит головой. — Почему ты отшатываешься от меня, будто я тебе противен? Причины какие? Или подружка опять накрутила⁈

— Да что ты к ней привязался⁈ Отстань от неё!

— Тогда что, если не это⁈

Я жду ответа, или хоть слова, хоть взгляда, хоть намёка на то, что ей не плевать на моипопытки поговорить. Но в ответ опять эта долбаная тишина.

Наташка сильнее утыкается в подушку, будто пытаясь зарыться в неё, спрятаться от меня, от разговора, от всего.

— Отстань… Давай спать, Эд.

Прежде чем я успеваю что-то возразить, её рука тянется к ночнику. Она выключает его резко, показательно, для меня! Словно гасит не только свет, но и все шансы на наш дальнейший разговор.

Комната погружается во мрак, и в этой темноте её молчание становится ещё тяжелее.

— Ты выбрала неверный путь, супруга. Твоё поведение не приведёт ни к чему хорошему, — вырывается у меня, будто само собой.

Несколько минут лежу с открытыми глазами. Но когда закрываю их, вспоминаю про поездку, и вместо сна передо мной возникает не холодная жена, отвернувшаяся к стене, а другая женщина— жаркая, пышущая жизнью и запретным желанием.

Огонь, а не женщина!

Вспоминаю ее губы — сочные, алые, растянутые в той самой соблазнительной улыбке, что сводила меня с ума. Вспоминаю, какая она в постели, но стараюсь не зависать на этой мысли. Нет, сейчас точно не время и не место.

Но против моей воли в голове снова и снова всплывают картинки: вот она нарочно роняет вилку, потом медленно наклоняется, чтобы продемонстрировать мне, как шикарно выглядит её грудь в вырезе блузки. А вот она ходит передо мной в обтягивающем платье, покачивая бёдрами, намекает, что готова уединиться со мной, стоит мне только поманить ее пальцем.

Вспоминаю опять, как наши жаркие ласки сводили меня с ума.

Поворачиваю голову к спящей Наташке. Вот так… Пока жена отворачивается, другая смотрит на меня, как кошка на миску со сметаной.

Хочет, манит, соблазняет — и от этого внизу живота предательски пульсирует, разжигая желание обладать ею.

Теперь, после нашей неожиданной встречи я думаю об этой женщине слишком часто. Именно она перевернула мою жизнь, разделив её на «до» и «после». А ведь совсем недавно я считал, что изменяют только неудачники…

Точкой отсчёта стала встреча выпускников.

Мы сидели в прокуренном баре при ресторане, бутылки пустели, а разговоры становились всё громче и похабнее. Бывшие одноклассники — уже давно не мальчишки, а солидные мужики — наперебой хвастались своими «подвигами»: кто, с кем, где и как часто…