Книга Чудо для мужчины с принцессой, страница 44 – Ольга Корк

Я смотрел на неё. Рыжие волосы, зелёные глаза, в руках чашка с давно остывшим кофе. Говорит про стену, про замок, про то, что боится, что не успеет. А я только сейчас вспомнил, что она вообще-то не нянька. Она дизайнер, который согласился посидеть с ребёнком, потому что Варька попросила. Или потому что я попросил? Я уже запутался. Но главное ведь не это. Несмотря на то, что дом обрастал украшениями, что здесь теперь появились бесконечные краски и карандаши, и на то, что Василису я очень часто вижу со скетчбуком в руках, я воспринимаю её в первую очередь как няню. И… как женщину, которая как-то неожиданно занимает слишком много пространства в доме. Казалось, она всюду. Но я совершенно забыл, что она в первую очередь художница и что нам с ней предстоит переделывать офис. И что в доме могли бы произойти огромные изменения, дай ей только волю.

— Не прогоню, — сказал я.

Она подняла глаза.

— Что?

— Ты про то, что боишься, что я скажу «не нуждаемся». Не скажу. По крайней мере, пока стену не разрисуете. И может, всё же на «ты»? Не такой уж я старый и вредный, чтобы бесконечные пируэты передо мной разводить.

Она улыбнулась. Тихо так, по-доброму.

— Это надолго. В смысле стены. Там замок, лес, звери…

— Значит, надолго.

Я встал, забрал её пустую чашку. Подошёл к кофемашине, налил себе. Спросил через плечо:

— Будешь ещё?

— Не, спасибо. Спать хочется. У вас тут так тепло…

Я кивнул. Проводил взглядом, как она поднимается по лестнице. Толстовка моя на ней болтается, рукава длинные, смешная.

В гостевой щёлкнул выключатель, скрипнула дверь. И стало тихо.

Я остался на кухне один. Смотрел в окно, на снег, на то, как фонари тонут в белой круговерти. Думал о том, что она сказала про стену. Про то, что боится не успеть. Про то, что Варька хочет замок.

В голове крутилось одно: не прогоню. Точно не прогоню.

И впервые за долгое время мне не хотелось ничего контролировать. Было классно просто стоять и смотреть, как снег заметает город. И знать, что в нашем с Варькой доме живёт настоящее чудо. Чудо, которое ложится спать в моей дурацкой толстовке.

POV Василиса

Утром после снегопада я проснулась от того, что в доме было слишком тихо.

Нет, не так. В моей студии всегда тихо — только Мотя сопит в углу да холодильник гудит. А здесь тишина была другой. Живой, что ли. Затаившейся. Как будто дом прислушивался так же, как я, пытаясь понять, что теперь будет.

Я лежала в гостевой комнате, смотрела в незнакомый потолок и вспоминала вчерашний вечер. Кухню. Кофе. Голос Кости, когда он рассказывал про Татьяну. То, как он смотрел в окно на снег и говорил, что не имеет права на ошибку. А потом повернулся и посмотрел на меня — и я забыла, как дышать.

— Глупости, — шепнула я в пустоту. — Просто ночь. Просто снег. Просто разговор.

Легче не стало.

Раздражённо откинув одеяло, я встала. Привела себя в порядок и, натянув свою вчерашнюю одежду, спустилась вниз. На кухне горел свет.

Костя стоял у плиты. В домашних джинсах и футболке, лохматый, сонный, небритый. Он что-то помешивал в сковородке и даже не обернулся на мои шаги.

— Доброе утро, — сказал он, будто приветствовал сковородку. Забавный.

— Доброе.

Я замерла в дверях, не зная, можно ли войти. Вчера было можно. Вчера мы сидели до ночи и говорили обо всём. А сегодня — сегодня наступило утро, и всё стало сложнее.