Книга Чудо для мужчины с принцессой, страница 79 – Ольга Корк

Два телефона остались на столе. Фура со страховкой подождут. Там, на кухне, моя дочь кричала так, будто её режут. И это было чертовски страшно!

Влетел на кухню и замер.

Картина маслом: Варя стоит перед Василисой, заслоняет её собой, сжимает кулачки и орёт на Татьяну. Глаза горят, слёзы текут, но голос не срывается — злой, отчаянный, детский, но она точно знает, что защищает, и не сомневается ни секунды. Моя малышка.

— Ты лишняя! Не она! Ты! Уходи! Мне не нужна такая мама! — кричала она на Татьяну.

А Василиса… Василиса стоит, положив руки Варе на плечи, и молчит. Не лезет, не перебивает, не защищается. Просто стоит и смотрит на меня поверх Вариной головы. Спокойно. Уверенно. Как будто знает: всё будет хорошо.

И я вдруг понял — так и есть. Будет хорошо. Потому что она здесь. Потому что она моя. Потому что она — чудо, которое я так долго ждал и чуть не потерял из-за глупых сомнений и страхов.

— Что здесь происходит? — спросил я, переводя взгляд на Татьяну.

Она стояла бледная, сжав губы. Увидела меня — и в глазах вспыхнула надежда. А ещё уверенность. Та самая уверенность, что теперь она получит всё, что захочет, ведь именно так было раньше.

— Костик! — Таня шагнула ко мне. — Скажи им! Скажи Варваре, что я её мать! Что я имею право быть с ней! А эта… — она кивнула на Василису, — эта чужая женщина настраивает ребёнка против меня! Она не даёт нам побыть вдвоём!

Я перевёл взгляд на Васю. Она даже не вздрогнула. Только чуть наклонила голову к плечу, улыбнулась одними глазами и вот так стояла и смотрела на меня. В её глазах не было ни капли страха. Только спокойная уверенность. Она будто говорила мне: я здесь. Я с Варей. Я никуда не уйду. Решай.

И я решил.

— Таня, — сказал я устало. — Тебе пора.

— Что? — она не поверила. — Кость, ты серьёзно? Вот так просто ты меня…

— Иди, — повторил я жёстко.

Татьяна поджала губы, но вышла. Гордость всегда шагала впереди этой женщины. И сейчас Таня не изменила себе. Она обязательно ещё напомнит о себе, но сейчас уйдёт, потому что чувствует, что находится в заведомо проигрышном положении. Но мне было плевать. Абсолютно плевать на всё, что она там себе придумала и что будет делать. Дочь целиком и полностью моя. Я даже от алиментов отказался когда-то. Но и разрешения на встречи с дочерью Таня может получить только у меня — никаких прав у неё нет на самом-то деле.

Как только мы остались втроём на кухне, я подхватил дочь на руки и, серьёзно глядя ей в глаза, попросил, как взрослую.

— Мелкая, иди умойся. Ты вся в слезах и муке. А мы тут с Чудом поговорим немножко, хорошо?

— Ты же её не прогонишь? Она не уйдёт? — Варя посмотрела на меня с надеждой.

— Не прогоню и не уйдёт, — ответил я. — Обещаю.

Варя выдохнула, чмокнула Василису в щёку и помчалась в ванную. А мы остались вдвоём.

— Кость, — начала Вася, — я не хотела…

— Тсс, — я шагнул к ней, взял её лицо в ладони. — Молчи. Теперь я скажу.

Она замерла. Смотрела на меня своими огромными зелёными глазами, и в них дрожали слёзы. И всё же она тоже испугалась. Такая красивая. Моя.

— Я люблю тебя, — сказал я. Просто, без подготовки, без красивых фраз. Потому что это была правда. — Я люблю тебя, Вась. Идиот, трус, дурак — называй как хочешь. Испугался. Сомневался. Но правда в том, что я люблю. С того самого дня, как ты лежала на полу моего кабинета с красным пятном на рубашке и шептала про снеговиков. С тех пор, как ты научила Варю смешивать краски и сказала, что зелёный — это магия. С тех пор, как осталась в моём доме в моей толстовке и я понял, что не хочу, чтоб ты уходила.