Книга Малая, я тебя испорчу, страница 15 – Настя Мирная

Блять!

Кое-как раздеваю. Быстрыми, резкими движениями растираю пледом ледяную кожу. Насухо вытираю и тру, пока не розовеет. Но стоит скользнуть выше по бёдрам, Малая дёргается и сжимается. Перепуганная, как кролик перед удавом. Щёки от стыда или смущения даже немного ярче становятся.

— Ты мокрая, – хриплю очевидное, пытаясь добраться выше.

— Не лапай, – выдавливает, стрельнув озлобленным взглядом. – Я сама могу вытереться.

— Как скажешь, – сдаюсь, поднимая ладони. – Только в машину залезь нормально, я дверь закрою, – бросаю сквозь зубы, обходя «Паджерика». Незаметно поправляю налитый похотью член.

М-да уж, возбуждаться в такой ситуации — классный рефлекс.

— Эй, рыцарь, я с ней! – подружайка перехватывает меня у водительской двери и, добавив: – С тобой без трусов я её не отпущу, – запрыгивает назад.

Обречённо вздыхаю, подняв глаза к небу. Мысленно перечисляю всевозможные эпитеты, подходящие моему не самому адекватному поступку, и сажусь за руль. Врубаю подогрев сидений, поглядывая в зеркало заднего вида. Дрожит вся, к подруге жмётся. Бледная. Накручиваю печку. Самому тоже не особо жарко.

— Слышь, подружка Малой, – окликаю шатенку, а глаза обе вскидывают. – Адрес давай, куда её везти.

— Лена, вообще-то, – огрызается борзая.

— Вообще-то, мне по херу. Везти куда? Или без штанов на автобусе поедете?

— Не будь таким хамом, – лепечет Света, опустив глаза.

— Ник, – бросаю между делом, выворачивая руль в сторону выезда. – Благодарности не надо.

— Реально хамло, – бормочет эта Лена.

Пускаю её в игнор, прилагая все силы, дабы не смотреть на длинные, стройные ноги Светы, согнутые в коленях.

Блять, красивая она. Замёрзшая, конечно. Перепуганная. Но красивая — очуметь можно. А ещё она — малолетка.

Я после той тусовки у Ары постарался её пробить, номер найти. Задела за живое со своим невинным поцелуем, серебристыми глазищами и вкусом банановой жвачки. Никто не знал, что за цыпы без приглашения забурились. Несколько месяцев пытался выяснить, по крупицам информацию собирал, пока не узнал, что кто-то из них то ли сестра чья-то младшая, то ли что-то в этом роде. Потом уже Аркаша подсуетился, выяснил, что девахам вроде как едва ли по шестнадцать-семнадцать есть. Короче, сразу стало ясно — не варик. Потом у Макса с Майей проблемы начались, как-то не до Малой стало.

Кто же мог подумать, что карты так лягут, что она полезет спасать мальчишку, а я — её?

Поднимаю взгляд к зеркалу. Света на меня смотрит. Губы порозовели, она их приоткрыла, облизывает.

Бля, не-а, не надо мне это. Никаких отношений. На братьев насмотрелся — сам так не хочу. А на разок с ней не проканает.

Уверенно еду в убогий район, который назвала Лера. Или Лена. Не помню, как там её. Глаза сами постоянно тянутся, чтобы посмотреть на девчонок, что-то перетирающих между собой. Света слегка меняет позу, на секунду мелькает её голая ягодица. И мы все дружненько охереваем от моего следующего вопроса:

— Слышишь, Свет, тебе восемнадцать-то есть?

Сижу на заднем сиденье большой тёплой машины парня, в которого, можно сказать, с первого взгляда влюбилась. Думала, давно уже прошло, но когда он там, на речке, оказался рядом, вытащил, раздел, согрел, сердечко так колотилось, так стучало. Дышать не могла. И сейчас сложновато. Запах его парфюма витает в салоне. Его так много, что на каждом глотке воздуха пропитывает лёгкие. Он приятный, но концентрированный, густой.