Книга Малая, я тебя испорчу, страница 200 – Настя Мирная

— Согласен, – киваю, оценивая её в новом свете.

— Какие дальше планы?

— По поводу?

— Святольникова тут, ты там. Будете по полгода на телефоне сидеть?

— Нет, – усмехаюсь, ещё крепче прижимая дрожащее тело к боку. – По выходным буду мотаться.

— Шестьсот километров? – скептично выбивает.

— Не проблема.

— Ночевать планируешь тут?

— Нет. Планирую забирать свою девушку в гостиницу. Буду приезжать в пятницу после учёбы, а уезжать вечером в воскресенье. Ещё вопросы?

— Свет, прости, но я должна спросить.

Принцесса на секунду поднимает на неё глаза. Мы оба понимаем, какой вопрос собирается задать.

— С этим мы уже разобрались.

— Ками, всё в порядке, – наконец подаёт голос, слегка отодвинувшись. – Мои шрамы — больше не проблема, – и крепче бёдра стискивает, выдавая себя с потрохами.

Чёрные глаза девчонки вылезают из орбит. Она проскальзывает взором на кровать и зажимает рот ладонью. Прочищает горло и тихо выбивает:

— Ну что ж, тогда я больше не лезу. Светка, тебе решать, но я одобряю, – подмигивает и сдавливает её плечо. – А ты, рыцарь недоделанный, мог бы и раньше явиться, чтобы она столько не страдала.

— Никита тоже, – шелестит Принцесса. – Я тебе потом расскажу.

Меня даже не удивляет, что Света собирается поделиться подробностями. Ей это необходимо, я понимаю.

— Окей, – вздыхает театрально и рыкает: – Отвернись, я переоденусь. И надеюсь, вы сильно шуметь не будете, у меня сон чуткий.

Падаю на кровать и тяну Свету следом. Накидываю на нас одеяло и поворачиваюсь лицом к ней. Она вся пунцовая, губы дрожат. Провожу пальцами по щеке и улыбаюсь.

— Принцесса, всё хорошо. Не нервничай так. Мы оба тебя любим. Она просто переживает.

— Всё равно стыдно. Я не должна была рассказывать Ками, но меня просто разрывало…

Прикладываю палец к её губам, запечатывая поток слов.

— Делиться с кем-то или нет — твоё право.

Позади раздаются шаги, свет гаснет. Скрипит кровать.

— Спокойной ночи, – буркает Камилла, но я чётко различаю улыбку.

— Спокойной, – отзываемся синхронно.

Устраиваюсь поудобнее. Светка подкладывает ладони под щёку и смотрит на меня. Вижу, как блестят в темноте глаза.

— Что? – спрашиваю шёпотом.

— Я не жалею о том, что всё случилось так. Мне не нужны розы и свечи. Ты только не отпускай меня больше.

— И не надейся.

Просыпаюсь от гула голосов и топота в коридоре. Обычно быстрый подъём сегодня не получается. Последствия вчерашней ночи обрушиваются на тело. Губы горят. Низ живота и между ног неприятно тянет и ноет. Слабая боль пульсирует там, как бы говоря: «Поверила в себя? Не больно тебе было? Хотела продолжения? Вот твоя расплата. Надеюсь, ты счастлива?»

Счастлива! Ещё как! И ни о чём не жалею. Боль пройдёт. От стыда и неловкости перед Камиллой и Никитой не осталось и следа.

Переворачиваюсь на другой бок и утыкаюсь носом в подушку. Она пахнет Ником. Цитрусовой ноткой парфюма, немного табаком, ментоловым шампунем, потом и сексом.

Стоп!

Распахиваю глаза и часто моргаю, стараясь изгнать сонливость и прояснить зрение.

Никиты нет. Вторая половина кровати уже остыла. В комнате никого. Вещей Ника тоже нет. Мои свитер, джинсы и бельё сложены на стуле. Щёки опаляет стыдом. Надеюсь, это сделал Никита, а не Ками.

Переворачиваюсь на спину и растираю лицо ладонями. Морщусь от того, как сильно печёт губы. Даже не думаю, что он просто ушёл, не предупредив. Больше я не стану в нём сомневаться. А червячок сомнений, пищащий, что он добился своего и сбежал, вскоре затыкается.