Книга Малая, я тебя испорчу, страница 66 – Настя Мирная

— Очень. Спасибо, Никит. Спасибо, спасибо, спасибо, спасибо, – тарахтит, зацеловывая всё лицо.

Хохочу, заражаясь её энергией и воодушевлением. Вот что делает мою Принцессу счастливой. Мелочь, стоимостью в пятьсот рублей с арендой коньков.

— Ты умеешь кататься? – спрашивает Малая, ловко зашнуровывая ботинок.

— Слабо. Но, надеюсь, морду не расшибу, а то предки решат, что подрался.

— Часто дерёшься? – интересуется, но видно, что разнервничалась сразу.

— Раньше — да. Сейчас — уже нет. Раньше нас с Максом вообще сложно было назвать адекватными. Но, как ты понимаешь, некоторые события кардинально меняют людей и восприятие. Я вырос из драк и глупостей в тот день, когда мне позвонили и сказали, что брат разбился. Даже не сообщили, жив он или нет.

Зажмуриваюсь, вспоминая тот звонок. Как меня трухануло. Как выбежал из больницы, где ждал окончание операции Майи, и взвыл. Никогда прежде я не испытывал подобной боли и отчаяния, как в тот день.

Чувствую, как прохладные пальцы касаются головы и тянут вперёд. Легко поддаюсь, утыкаясь носом в холодную ткань и вдыхая свежий аромат её волос, усиленный морозом.

— Никита, всё обошлось. Твой брат жив — это главное. И всё остальное обязательно наладится, надо только верить.

Сгребаю Малую в охапку, сдавливая до хрипа, и выталкиваю:

— Ты только будь со мной, Свет. Мне дышится легче, когда ты рядом.

— Я с тобой, Никита, – опускается на корточки, оборачивает ладошками щёки и смотрит в глаза. – Я. С. Тобой.

Выбираемся на лёд. Держу Малую за руку крепко, чтобы не свалилась. Но после пары аккуратных движений она высвобождается и ловко пролетает весь круг по катку. Проносится мимо меня, объезжая остальных людей. На середине отставляет ногу назад, кружась. А я так и стою у бортика, открыв рот и капая слюной.

Светка на льду как рыба в воде — уверенная, изящная, улыбчивая. И когда подкатывается ко мне, замечаю, насколько разрумянились её щёки от мороза и удовольствия. Прижавшись и обхватив за пояс, запрокидывает голову, подставляя мне довольную мордашку, и тарабанит:

— Я боялась, что ничего не вспомню, сразу упаду, но это проще, чем ездить на велосипеде. Я раньше занималась фигурным катанием, потом в учёбу ушла, да и денег много надо было, чтобы на соревнования ездить, наряды покупать. Мне казалось, что уже никогда не встану на коньки. Никит, спасибо тебе огромное. У меня просто нет слов, чтобы выразить благодарность. Я просто… просто… – захлёбывается словами, так заглядывая мне в глаза, что мотор долбится с такой силой, будто это я там круги наматывал. – Спасибо тебе огромнейшее. Бесконечное! Я…

— Тише ты, тарахтелка, – смеюсь, наклоняясь и прижимаясь к обветренным губам. – Я кайфую, когда вижу тебя такую красивую, принявшую мои подарки, счастливую.

— Покатаешься со мной? – предлагает, увеличивая расстояние и протягивая руку в перчатке. – Не бойся, я не дам тебе упасть, – одаривает лукавой усмешкой и крутится вокруг меня, пока не ловлю за запястье и не дёргаю. – Ай! Никита! – хохочет, заваливаясь мне в руки. – Оба упадём. А тебе стоит беречь лицо, чтобы потом не оправдываться перед родителями.

— Я буду падать на задницу, не переживай, – заявляю со стопроцентной уверенностью, находя её губы. – Ты катайся, а я пока освоюсь.