Книга Она - моё табу, страница 146 – Настя Мирная

Мягко обнимаю за лопатки, прижимая плотнее. Прячу лицо в волосах, сам чуть не скуля от того, что начудил. Да, она довела меня до ручки, но срываться не должен был. Не так.

Она ревёт так, как в прошлый раз в этой же квартире. Долго, протяжно, отчаянно. Я же тупо обнимаю и даю выплакаться. Когда рыдания стихают, несильно давлю на плечи, вынуждая смотреть мне в глаза. Стираю большим пальцем ручейки слёз.

— Прости меня. — выдыхаем одновременно и замолкаем.

Просто смотрим друг на друга, руками продолжая успокаивать. Крис толкается вперёд, я принимаю. Опять глажу, пока приходит в себя. Ещё тихо всхлипывает, но уже не ревёт.

— Зачем ты так себя ведёшь? Зачем говоришь всю эту хрень? — выжимаю приглушённо.

— Затем… Затем… — задыхается, но от плеча отрывается и сама зрительный контакт инициирует. С дрожью в охрипшем голосе шепчет. Прочищает горло и забивается кислородом. — Затем, что тебя никогда нет рядом. Мне кажется, что я не нужна тебе на самом деле. Когда рядом — хорошо, а нет — и не надо. Я не чувствую тебя.

Не понимаю, злиться мне или смеяться. Мы оба понимаем, почему я не могу быть с ней двадцать четыре на семь. И Царёва знает, что если бы не служба, ни на секунду не отпускал бы. Много раз это повторял. Она говорила, что понимает. Что случилось, раз она сорвалась и начала так думать? Откуда это взялось?

Ничего не ответив, поднимаюсь на ноги и снимаю китель. Следом стягиваю футболку. Фурия смотрит во все перепуганные, заплаканные глаза. Оставшись в одних штанах, протягиваю ей ладонь. Вижу, что с сомнением вкладывает пальцы и встаёт. Нащупываю на спине тонкую молнию и тащу собачку вниз. Сталкиваю с плеч ткань. Кристинка тут же прикрывает грудь руками. Цепляю их и прикладываю к своей грудной клетке. Крепко прижимаю. Она силится вырвать кисти, но я давлю сильнее, удерживая.

— Я здесь, Кристина. Я с тобой. Даже если не рядом — с тобой. Всегда. — хриплю, не выпуская её из зрительного плена. — Ты чувствуешь меня? Чувствуешь?

Царёва неспешно спускает руки до живота. Ведёт обратно вверх. Проводит по плечам и рукам. В итоге замирает на левой стороне груди.

— Ты меня чувствуешь? — продолжаю давить морально в надежде на результат.

— Да… — выдыхает потерянно. — Чувствую.

— Тогда в чём проблема, Кристина? Откуда эти мысли? Десять дней всё было норм, а потом тебя будто подменили. Что случилось?

С теплотой и нежностью смотрю на неё. Всё, что есть, бесконтактно ей передаю. Впервые с момента нашей встречи никаких пошлых мыслей и желаний, несмотря на то, что она в одном нижнем белье. Все резервы ушли на срыв.

— Ничего. — как-то обречённо головой качает и убирает руки. Присаживается на корточки и натягивает обратно платье. Без слов застёгиваю его. — Просто накопилось. У меня иногда бывает. Я не должна была тебя так злить. Сама виновата. — пожимает плечами. — Извини ещё раз. Пойду умоюсь.

До этого момента я к ней не прикасался, но как только делает шаг, удерживаю за плечи.

— Андрей, я хочу привести себя в порядок.

Тигриные глаза бегают по комнате. Дыхание рвётся. Её колотун набирает оборотов.

— Что случилось? — давлю грубее. — Рассказывай.

— Мне нечего тебе рассказывать. — повышает голос Царевна.

— Что ты творишь, Крис? Что вытворяешь, а? — выпаливаю убито и отпускаю её.