Книга Дикарка для Хулигана, страница 102 – Настя Мирная

— Иногда. Но недостаточно, чтобы отказаться от тебя. Принимаешь?

— Принимаю, Диана.

Дороги назад не будет

Всю дорогу неотрывно слежу за Дикаркой, которая без конца сжимает кулаки и жмурится. Хватает кислород исключительно поверхностно и короткими урывками с ржавыми хрипами.

Мне, блядь, реально страшно за неё становится.

Впервые за те годы, что я за рулём, ползу по дороге с черепашьей скоростью, но её всё равно пиздос как колотит. Трясётся так, что стук зубов перекрывает музыку.

Накрываю рукой её кулак, но она даже глаз не открывает.

— Могу ещё сбросить. — предлагаю, вынуждая её посмотреть на меня.

Она с дрожью разлепляет веки и толкает севшим голосом:

— Не надо. Ты и так ползёшь. Это из-за того, что я еду с тобой первый раз. Скоро пройдёт. Просто надо привыкнуть.

Я уже реально подумываю убавить скорость до улиточной, потому что Диана продолжает трястись.

Если бы не понимал, что это гнилой страх, решил бы, что у неё эпилептический припадок. До такой степени её колбасит. Сильнее сжимаю её кисть и хриплю:

— Спроси меня.

— О чём? — шелестит, не открывая глаз.

— О чём хочешь. Я отвечу. Говори со мной. Постарайся отвлечься.

Блядь, охеренная идея была. Видел же, что она чуть ли в истерику не впала, когда предложил со мной поехать, но всё равно, сука, не отказался от этой затеи.

Не надо быть гением, чтобы понять, что она катастрофически боится ездить на машинах, а значит, скорее всего, она побывала в аварии. Причём нихеровой такой аварии, которая оставила отпечаток на всю жизнь. Так же, как и шрамы на её ногах.

Ещё на озере их заметил. Утром пальцами по одному из них прошёлся, но спрашивать не стал. И дело не в том, что я не хочу знать, что с ней случилось, а потому, что не хочу, чтобы она спрашивала о моих.

Был уверен, что эта девушка вообще ничего не боится. Ошибался. Как же, сука, ошибался.

— Спрашивай, Диана. Я же знаю, что у тебя есть вопросы. Дохера вопросов. Говори со мной, девочка. — блядь, сам не заметил, как прикололся так её называть. Ладно, раз принимает, попробую ещё кое-что. — Давай, говори. Я с тобой, Котёнок.

— К-котёнок? — сипит, не поднимая ресниц, но всё же выдавливает из себя улыбку.

Пробираюсь пальцами под рукав кожанки, лаская её руку. Хоть здесь не ошибся. Хрупкая моя Дикарка. И пиздос, какая нежная.

— Да, Ди. Маленький мурлыкающий котёнок. — отбиваю, подняв вверх уголки губ.

— Мне нравится. Можешь ещё так назвать?

Бля, ну конечно могу. Хоть миллион раз.

— Мой Котёнок. Маленький ласковый Котёнок. С очень длинными коготками и острыми зубками.

Вашу мать налево. Я реально начинаю тащиться от зашкаливающего между нами уровня мимимишности. Все эти ласковые словечки никогда не вписывались в ту схему отношений, которую я выстраивал годами.

В сотый раз задаю себе вопрос, на который никто не сможет дать ответ, в том числе Диана и я сам. Что же такого в этой девушке, что она перевернула с ног на голову не только мою жизнь, но и моё восприятие мира?

Засмеявшись, наконец открывает глаза. Накрывает мою руку своей второй и шуршит:

— Если я котёнок, то кто ты?

— Вот только мне прозвища придумывать не надо, Ди. Хватает уже и Егорчика, и Егорушки. — отрезаю на полном серьёзе, но уголки губ всё равно тянутся вверх, выдавая мои истинные эмоции.