Книга Дикарка для Хулигана, страница 310 – Настя Мирная

— А Бублик? — выпаливает мама так, будто больше всего переживает о животных.

Вспоминаю, сколько он оставил отметин на Северове, и качаю головой.

— Боюсь, что тогда будет ядерная война. Ты же знаешь, какой он. Егор за эту неделю весь исцарапанный. Если со временем он привыкнет к нему, то мы его заберём. Обещаю. И вы сможете приезжать к нам.

Правда, не уверена, что сам Егор с этим согласится.

Ничего не ответив, мама притягивает меня к себе, обнимая за плечи, и плачет. Я и сама не сдерживаю потоков слёз, пусть и не понимаю, почему реву. Мы же не навсегда расстаёмся.

В таком виде нас и застают Гора и папа. Парень подхватывает меня под локоть и прижимает к себе, гладя спину и нашёптывая тихие успокаивающие слова, пока папа утешает рыдающую маму.

— Женщины. — смеётся он.

— Но мы без них никуда. — поддерживает Егор с коротким смешком. Кладёт ладони на шею сзади и большими пальцами подбивает вверх подбородок, устанавливая зрительный контакт. — Готова, Диана?

Всхлипнув, отрицательно качаю головой и растираю ладонями лицо. Папа уводит маму, которая так и продолжает лить слёзы, а Северов помогает мне со сборами. Когда все вещи, необходимые на первое время, перекочевывают в дорожные сумки, парень садится на кровать и тянет меня к себе на колени. Обнимает, покрывая поцелуями левую сторону лица.

— К чему были слёзы, Котёнок? — сипит вполголоса.

— Мама разревелась, и я вместе с ней. — выбиваю, слабо улыбнувшись. — Подумала, что Арес будет скучать. И Бублик тоже.

— Только не говори, что хочешь их забрать. — настороженно рубит он. — Твой кот меня на части раздерёт, а пёсель превратит квартиру в груду обломков.

— Знаю. — пищу, пряча глаза.

— Давай так. — сжимает пальцами подбородок, вынуждая смотреть ему в лицо. — Я попробую подружиться с твоим серым демоном. Если он не будет пытаться меня убить, то чёрт с ним, пусть живёт с нами.

Улыбка расползается от уха до уха, а давление, размазывающее грудную клетку, ослабевает.

— Правда?

— Только если мы сможем с ним сосуществовать. — на серьёзе напоминает Северов.

— Егорчик! — бросаюсь ему на шею, жадно целуя любимые губы.

— Поехали домой, Диана? — выбивает, поднимая сумки с моими вещами с пола.

Я закидываю на плечи рюкзак и беру ещё одну сумку.

— Поехали домой, любимый Хулиган. — улыбаюсь, беря его под локоть и шагая вперёд навстречу новой жизни.

Счастье всегда зеркально. Если счастливы вы, то и окружающие вас люди тоже

До ночи Егор помогает мне раскладывать вещи. Он куда-то убрал часть книг, чтобы я могла выставить на полку над столом те, что необходимы мне для учёбы. Шкаф и вовсе освободил больше, чем наполовину.

Интересно, куда он убрал свою одежду, ведь все полки были заняты.

Из-за этого чувствую себя немного неловко. Я же перевернула весь его привычный уклад своим переездом.

— Котя. — зову вполголоса, аккуратно складывая рукава толстовки и кладя её на полку. Парень вскидывает на меня взгляд. — А куда ты дел свою одежду? У тебя же все полки заняты были.

Он подходит сзади, обнимает за талию и опускает подбородок мне на плечо. Проводит губами по уху, опаляя гулким выдохом кожу, и прихватывает губами серёжку — единственную уступку женственности. Других украшений я не ношу.

— Просто сложил немного компактнее. Привык, что вещи лежат небольшими стопками и рассортированные, но пришлось кое-что переложить вместе. — глухо вздыхаю, понимая, что он столько всего делает ради меня, а мне даже ответить нечем. Северов, как и всегда, всё понимает без слов. — Диана, — сипит, поворачивая меня лицом к себе. Кладу ладони на его грудную клетку, выводя ими круги, и заглядываю в гипнотическую бирюзу его глаз, — я знал, что придётся потесниться, чтобы ты стала частью моей жизни. Я убрал летние вещи в шкаф во второй спальне. Я же знал, что надо многое изменить, но это неважно — научимся. И не к такому придётся привыкнуть. — подбивает с ухмылкой, которую я так обожаю.