Книга Дикарка для Хулигана, страница 336 – Настя Мирная

— Поешь.

— Диана.

— Поешь.

Впервые с того момента, как встретились в больнице, он улыбается.

— Ты же всё равно не отстанешь? — бубнит, притягивая к себе тарелку.

Сажусь рядом и нарезаю мясо.

— Не отстану, пока хоть немного не поешь.

В итоге оказывается, что мы оба голодные, хотя и не замечали этого. После еды укладываемся в постель, закутавшись в мягкое одеяло. Опускаю голову Егору на плечо, кончиками пальцев рисуя узоры на его груди.

— Выслушаешь? — спрашивает полушёпотом.

— Всегда.

И он рассказывает обо всём, начиная с того момента, как мы поругались возле универа. Сотню раз извиняется за своё поведение, а я столько же раз говорю, что виновата не меньше, а то и гораздо больше. Когда рассказывает, что увидел, когда приехал к брату, его сердечная мышца с силой принимается тарабанить по рёбрам. Будто стараясь удержать её в груди, крепче прижимаю ладонь. Он накрывает мою руку своей и проталкивает пальцы, сплетая.

Губами пробегается по виску и с дрожью продолжает рассказ.

— Когда увидел брата в крови, Настю, сидящую над ним, то чуть сам башкой не двинулся. Всего за секунду уже успел подумать, что только нашёл его и тут же потерял. Потом явились, как я позже узнал, Тохины родители. Настя к тому моменту скорую уже вызвала. Я мог только сменить её, чтобы зажать рану. Ты представить не можешь, Ди, как я заебался видеть брата в крови. — конечно, не могу. И сделать сейчас что-либо, чтобы его поддержать, не способна. Просто нет таких слов, которыми можно перекрыть весь этот кошмар, поэтому только усиливаю давление руки и постоянно целую то плечо, то шею. — Я видел, что ты звонила, но не до того было, сама понимаешь.

— Понимаю, Егор. Не думай сейчас обо мне, ладно?

— Не ладно, Дикарка. Ты же у меня такая паникёрша, а я обещал позвонить, как доберусь, и пропал.

Опираясь на руки, поднимаюсь над ним и цепляюсь за красные воспалённые глаза. Убираю со лба чёлку и коротко прикасаюсь к его ледяным губам.

— Дурак ты, Северов. — брякаю с улыбкой. — Если бы ты не позвонил, потому что веселился, то я бы тебя по стене размазала.

Он тихо, но облегчённо смеётся и крепче сдавливает мою талию, вынуждая забраться на него верхом.

— Тогда, может потрахаемся и помиримся? А то так нормально и не закрыли ссору. — рубит мой Хулиган с улыбкой.

— Тебе разве сейчас до этого? — спрашиваю, потому что знаю его слишком хорошо.

Он пропускает всё через себя и не может так просто отпустить то, что чуть не потерял брата. За этим пошлым предложением и саркастичной усмешкой страх и боль прячет.

Он хмурит лоб и переводит ладонь мне на ягодицу, сжимая. Поднимая голову, сам целует, вгоняя язык мне в рот.

— Не задавай вопросов, Диана. — хрипит в губы. — Я думал, что Артём умер. Я чуть не сдох на месте. А сейчас просто поцелуй меня. Сотри эти картинки. Помоги забыть и снова почувствовать себя живым.

Его слова заставляют сердце сжиматься до боли. Мне так больно за человека, который стал для меня целым миром. Он уже столько всего пережил, а тут ещё и это. Когда же закончатся его испытания? Что такого он должен был сделать в этой жизни или в прошлой, чтобы столько страдать?

Забиваю на собственные страхи и сомнения, целую его снова, снова и снова, пока кислорода не становится критически мало. Задыхаясь, перекатываюсь на спину, но Гора тут же притягивает меня к себе под бок и целует в кончик носа. Обнимая, глубоко вдыхает и расслабленно выдыхает.