Книга Дикарка для Хулигана, страница 89 – Настя Мирная

Прикрыв глаза, замираю на крыльце, восстанавливая сбившееся дыхание.

Сука, как же сильно мне не хватает брата.

Ди молча обнимает, и я оборачиваю руки вокруг её плеч, прибивая крепче к себе. Выказываю свою нужду в ней именно в данный момент, но не выходит сейчас иначе.

— Всё нормально? — шелестит, обдавая тяжёлым горячим дыханием мои губы.

— Да, Дикарка, всё нормально. — открываю глаза и ловлю её взволнованный взгляд. — Извини за это. У нас с отцом очень напряжённые отношения. Надеялся, что тебе не придётся это увидеть, но не вышло. Прости.

— Ничего страшного. — отсекает, тряхнув головой, отчего чёрные волосы щекочут мою шею. — Всё хорошо. Ты не один, Егор. Я с тобой. Я всегда буду с тобой.

Его поцелуи вкуснее всего

— У тебя губы в шоколаде.

Улыбаясь, Егор отпивает кофе, внимательно глядя на предмет нашего разговора, который от его взгляда начинает пылать огнём.

— Где? — выталкиваю, поднимая салфетку и пытаясь наощупь найти, где именно запачкалась.

Парень придвигается ближе, наклоняясь торсом так, что наши лица находятся друг напротив друга всего в сантиметре. Он высовывает язык и ведёт им по уголкам губ с одной стороны, а по моему телу тут же начинают скакать мурашки.

— Вот здесь. А ещё тут. — обводит контур верхней губы. — И здесь тоже. — облизывает нижнюю.

Прихватываю его язык зубами, когда толкается мне в рот и, быстро лизнув своим, отстраняюсь немного назад, потому что как только Егор ко мне прикасается, мои мозги начинают плавиться, и я сразу же забываю, где мы находимся.

— Там не было шоколада? — шиплю с наигранной злостью.

— Подловила, Дикарка. Нужен был повод тебя поцеловать. — рассекает с хулиганской ухмылкой.

— И с каких пор тебе нужен для этого повод?

Сама тянусь к нему, закинув руки на шею.

— Иначе буду выглядеть как наркоман, которому срочно нужна доза.

— Тогда, Егорчик, я буду наркоманкой. Станешь мои дилером? — шепчу ему в рот, задевая губы.

— И какая доза тебе нужна?

— Смертельная.

Уничтожив оставшееся расстояние, позволяю ему сводить меня с ума своими губами и языком. Он прикусывает, лижет, посасывает губы. Прорывается в ротовую полость, поддевая мой язык. Ногтями легко царапаю его плечи, пробравшись под ткань толстовки, в то время как его руки, оказавшись под тканью моей кофты, то мнут, то гладят мою спину. Пальцы перебирают выпирающие косточки позвонков. Откидываю голову назад, когда Северов, перестав терзать мой рот, спускается ниже. Оставляет поцелуи на горле, а потом возвращается назад, опять атакуя мой рот.

Весь мир растворяется в этом контакте. Все окружающие звуки глохнут, а силуэты и пространство медленно блекнут, пока полностью не исчезают, оставив нас одних.

— Молодые люди, нельзя ли быть поскромнее? — недовольно бурчит какая-то женщина, вырывая меня из плена эйфории.

— Упс. — сипит Гора.

Утыкаемся лоб в лоб, поверхностно ухватывая кислород, уровень которого каждый раз, когда мы целуемся, падает до критической отметки.

Не знаю почему, но мне вдруг становится смешно, и я еле сдерживаюсь, чтобы не рассмеяться. Поднимаю отяжелевшие веки и тут же прыскаю со смеху, потому что Егор дует щёки, как воздушные шарики, а его грудная клетка подрагивает от сдерживаемого смеха. И тут меня прорывает. Я начинаю хохотать так, будто увидела самую смешную вещь в своей жизни.