Книга Моя идеальная, страница 25 – Настя Мирная

— Блядь! Ты такая узкая. Всё хорошо? Не больно?

Выговорить ничего не удаётся, поэтому качаю головой, закусывая до крови губы. Артём подаётся назад, полностью вынимая член, а потом снова входит, прорываясь немного глубже. Мои громкие стоны перерастают в несдержанные крики, когда он начинает пальцами ласкать клитор.

— Ты как, малыш? Боли нет? — сипит, с трудом хватая воздух, и сжимает зубы.

Опять мотаю головой из стороны в сторону, мечтая, чтобы эта сладкая пытка наконец закончилась. Сама подаюсь бёдрами навстречу, когда парень делает очередной выпад.

— Пиздец! Твою мать! — рявкает и, выдёргивая член, кончает мне на живот, лобок и половые губы.

Рвано и громко дышит, придавливая меня своим мокрым от пота телом.

— Что же ты творишь, родная? Я и так, сука, из последних держусь, чтобы тебе больно не сделать. — бомбит мне в ухо, как только дыхание немного выравнивается.

— Я хочу тебя, Тём… Не могу больше ждать… Не хочу, Тём… Пожалуйста, сделай это… — хнычу, делая движение бёдрами.

Даже не смотря на разрядку, его плоть всё ещё в полной боевой готовности. Я так хочу почувствовать его внутри. К тому же я так и не дошла до пика. Возбуждённая до грани, продолжаю тереться об его член, размазывая свои соки и его сперму.

— Блядь, малыш, хватит так делать, пока я не сорвался на хрен! — рычит, делая шаг назад.

Его грудная клетка высоко поднимается и резко опадает, когда он смотрит на меня, лежащую на столе с раздвинутыми ногами, залитую его семенем и возбуждённую до невозможных пределов.

— Пожалуйста, Тём… Мне надо… — хриплю, елозя задницей по деревянной столешнице.

— Блядь, родная, потерпи ещё немного.

Подходит ближе и без предисловий загоняет в моё тело два пальца, начиная не просто двигать ими, а натуральным образом трахать меня. Второй рукой размазывает белую жидкость по моему животу и внутренней части бёдер. Втирает в клитор. Чувствую, как к первым двум пальцам добавляется третий. Движения его рук становятся быстрее и резче. Он вбивает в меня фаланги до самого основания. Щипает и перекатывает между пальцами горошину. Выгибаюсь ему навстречу, не прекращая поднимать и опускать таз. Стону и кричу. Рычу и пропускаю пару матов, когда, наконец, достигаю вершины.

— Посмотри на меня, Настя. Открой глаза. — рубит приказным тоном, и я подчиняюсь.

На короткое мгновение ловлю его почти чёрный взгляд, и веки опадают вниз. До боли сжимаю пальцами столешницу и выгибаюсь всем телом.

— Артём! Да! Тёма!

— Моя ж ты девочка! — хрипит и падает сверху.

Оба дышим так, будто только что марафон пробежали. Наши грудные клетки ударяются друг об друга. Артём разжимает мои пальцы и поднимает руки мне за голову, переплетая со своими. Сердца дробят рёбра, вырываясь на встречу друг другу. Несколько минут мы так и лежим, приходя в себя от этого безумия.

— Я люблю тебя, моя идеальная девочка. Ты лучшая. Самая-самая. Моя, Насть. И, — шумно переводит дыхание, — я не могу больше ждать. Ты с ума меня, блядь, сводишь. То, что ты творишь… Не уверен, что смогу продержаться хотя бы до следующей недели. Сука! Знаю, что ещё рано. Я же не сделал тебе больно, любимая? — всматривается в моё лицо, поднимаясь на локтях.

— Нет, любимый. Совсем немного было больно, когда третий палец добавил. Но недолго. Честно, Тём. А когда член… — замолкаю и утыкаюсь в его плечо.