Книга (Не)идеальная девочка, страница 49 – Настя Мирная

— Плошаешь, идеальная девочка. — бомбит тихим хрипом по напряжённым до предела нервам.

— Ты меня отвлекаешь. — отбиваю так же тихо. — И вообще, убери лапы с моей талии! Мне не надо, чтобы все обсуждали нас!

— Нас? — урчит, зарываясь носом мне в шею. — Значит, МЫ всё же есть?

Блин, ну вот зачем я это сказала? Как теперь выкручиваться?

— Нас — в смысле того, что ты меня лапаешь! — рыкаю, злясь на себя за слабость.

Я должна просто прекратить это. Оттолкнуть его. Но не могу. Ноги приросли к полу. По телу пробегают волны дрожи, размазывая весь самоконтроль.

— Понял, не дурак! — смеётся Артём, но руки так и не убирает.

— Может, всё же отпустишь меня?

— Предлагаю сделку. — обжигает тяжёлым дыханием мою кожу. — Если ты выпустишь всю обойму точно в цель, то больше я к тебе не прикоснусь.

— А если нет? — шепчу, прикрывая веки.

— Тогда с тебя свидание. Сегодня.

— Сегодня не могу.

— Чем занята?

— На выставку еду. С Киром.

Его руки до боли сжимают тело, возможно оставляя синяки, а я ловлю волну эйфории.

Он ревнует. Ревнует! — озверело радуются тараканы в моей голове.

Но я сказала это не для того, чтобы проверить свою теорию. Должанский звонил мне сегодня под предлогом помириться и забыть о вчерашнем. Я просто не смогла отказаться.

— Заебись, блядь! — выплёвывает Север и отступает.

— Ревнуешь? — выпаливаю, не сдержавшись, и, оборачиваясь, заглядываю в глаза.

— А если да? — рычит сквозь зубы.

— Не дави на меня, Артём. Я не могу вот так просто всё перечеркнуть из-за одного дня.

На его скулах играют желваки. Кулаки плотно сжаты, как и челюсти. Всё тело будто застыло.

— Так что на счёт пари? — выдыхает, стараясь замаскировать беззаботной улыбкой злость.

Он ревнует! Ревнует! Меня! Не знаю, почему это понимание так радует, но я реально счастлива сейчас.

Перезаряжаю оружие и поворачиваюсь к мишени. Восемь патронов ложатся в красную точку, но на последнем мушка слегка сдвигается, и я промазываю. Поворачиваюсь и сцепляюсь взглядами с бирюзовыми глазами парня.

— Вот, блин! — восклицаю разочаровано. — Значит, свидание? Только не сегодня. — добавляю быстро. Хорошо, что зоны стрельбы находятся далеко друг от друга и никто не слышит этого разговора.

— Ты сделала это специально? — щурит глаза Артём.

— Что? — притворно удивляюсь.

— Последний выстрел? Ты специально промазала?

— Ещё чего! Я никогда бы не стала проигрывать по собственной воле!

— Во сколько ты освободишься вечером?

— Я же сказала, что сегодня никак, — начинаю возмущаться, — выставка длится часов до одиннадцати.

— Тогда в одиннадцать. — подводит итог.

— И как ты себе это представляешь?

— Что именно? Как тебе избавиться от своего зализыша? — рубит с хищной ухмылкой. Понимаю, что должна возмутиться, но почему-то не делаю этого. — Или как представляю свидание? С первым разбираться тебе. Ты же умная, что-нибудь придумаешь. А со вторым… — замолкает и загадочно улыбается. — Узнаешь.

— Ну и сволочь же ты, Северов! — рычу, а сама не могу перестать лыбиться в предвкушении сегодняшнего вечера. А точнее ночи.

А самое странное то, что я не боюсь. Что бы не произошло сегодня, мне не страшно. Главное, что я проведу время с любимым человеком, а остальное не важно.

— Тогда до вечера? — спрашиваю тихо.

— До вечера. — шепчет и прижимая меня к стойке, которая скрыта небольшой разделительной стеной, целует быстро и жадно. Отвечая на поцелуй, забываю обо всём. Тону и растворяюсь.