Книга Трофей для жестокого, страница 77 – Хельга Дюран

Такая-такая! С Русланом просто не нужно притворяться и строить из себя ангелочка или покорную жену. Можно вести себя, как угодно. По жопе, правда, можно получить, но это ничего. Надо признать, что с ним в какой-то степени даже весело.

Господи, когда всё это закончится уже?

Может, мне удастся немного успокоить бандюгана, и он не станет отменять обед с папой? Сердце разрывалось от тоски по нему. Он, наверное, места себе не находит из-за того, что я в плену. Вдруг Руслан и правда возьмётся за него в серьёз?

Взяв себя в руки, я вышла из гардеробной и смело подошла к Руслану. Некоторая определённость, которую он внес в наши с ним отношения, успокоила меня и приободрила. Я больше не чувствовала отчаяния и безысходности. Я понимала, что всё закончится рано или поздно и закончится не так плохо, как казалось мне в день знакомства с ним. Я просто лишусь невинности везде, но останусь живой и почти невредимой.

Присев рядом с Русланом, я укрыла его одеялом, чтобы не видеть его хобот, и погладила его по накаченной, татуированной руке. Он молчал, изогнув бровь, и с недоверием смотрел на меня, будто ждал подвоха.

— Что ты хочешь, Русланчик? — с улыбкой спросила я.

— Чтобы ты зубы почистила.

— Эм… Я имею в виду, на завтрак, — скрипнув этими самыми нечищенными зубами от досады, уточнила я.

— Доверяю выбор тебе. Я же на твоей диете? — закинув руки за голову, лениво протянул он. — Но учти, что у нас сегодня насыщенный день, принцесса. И нам обоим понадобится много сил.

— Чем же мы будем заниматься? — поинтересовалась я.

— У меня есть одна миленькая куколка, и я буду в неё играть, — оскалился Руслан. — А ты будешь играть вместе со мной.

— Ясно, — буркнула я и пошла на кухню, злая, как собака.

— Сварите самой отвратительной овсянки. Такую ужасную, какую только сможете, — попросила я повара, надеясь, что Руслан обрыгается или обдрищется от неё.

Я просто ненавидела овсянку, вот и решила, что Русланчик будет "в восторге". Такая мелкая месть, такая бесполезная, но эта гадость радовала мою душу.

Повар был настолько выдрессирован, что даже не удивился моему заказу. Только спросил, сколько готовить порций, и сообщил, что через полчаса будет готово.

За это время я приняла душ и поискала в своей комнате хоть что-то из одежды. Мне не нравилось ходить в рубашке Руслана, да ещё и без трусов, но всё было в стирке.

Забрав тарелку с мерзкой серой жижей у повара, я сжалилась над Русланом и попросила его сделать пару бутербродов для него. Пусть пожрёт нормально, может, подобреет и не станет отменять обед с моим отцом?

Чёрт, я сама себе подгадила с этим коньяком! Если бы я только знала, что так выйдет…

От воспоминаний о вчерашнем желудок сжался. Я решила, что обойдусь без завтрака, прихватив по пути из корзины с фруктами большой апельсин. Алкоголь уже убрали, как и следы моей вчерашней пьянки. Помню, что плевала косточки от фруктов прямо на пол, как свинья какая-то!

Как только отсюда съеду, забуду этот позор, клянусь!

Руслан не лежал без дела, пока меня не было. Когда я поставила на его живот подставку для завтрака, то отметила, что его волосы были влажными после душа.

— М-м-м! Овсянка! — восхищённо воскликнул он, хватая ложку. — Обожаю! Ты просто прелесть, принцесса! Ты уже в который раз находишь кратчайший путь к моему сердцу. Скоро тропинку натопчешь.