Книга Собственность жестокого, страница 79 – Хельга Дюран

— Что вы решили насчёт него? — кивнул Андрей на палату Бугра. — Нельзя оставлять его рядом с Русланом Валерьевичем. Он может напасть и навредить ему.

— Для этого здесь охрана, — ответила я. — Не трогайте этого мужчину.

— Принято, — немного расстроенно ответил Андрей, как будто ему не терпелось расправиться с Бугром.

— Убейте Влада! — приняла я ещё одно непростое решение. — Прикончите его и закопайте в лесу!

Как и обещал, Востров привёз мне на следующий день документы, которые я просила. Он снова спросил у меня про Влада, не объявлялся ли он ненароком. При этом он так на меня смотрел, будто бы знал, что я приказала своим людям его вчера убить. Я старалась не думать о Владе, представляла, что его никогда не было в нашем гараже, что я вообще не была с ним знакома, но этот грех тяжёлым камнем повис на моей шее.

Я утешала себя тем, что он заслуживает смерти, что он опасен, что я просто отомстила за отца, но смерть Влада не принесла мне облегчения. Папа не воскрес, ничего не поменялось для меня. Пытаться лишить кого-то жизни — это одно, а убить насмерть, насовсем, окончательно и безвозвратно — оказалось не так-то просто. Отдать приказ было легко, а вот жить теперь с этим ужасно.

Лучше бы я сдала Влада прокурору, но какой бы ему ни впаяли срок, он бы меня не устроил, как и его смерть.

Я соврала Вострову, что Влад не объявлялся, но это ощущение, что прокурор видит меня насквозь, не покидало меня до тех пор, пока мы с ним не распрощались. Это произошло нескоро. Востров подрядился ещё сопроводить меня в морг на опознание, чтобы поддержать меня морально, из чего я сделала вывод, что он неплохо так решил подлизнуть мне задницу, пока мой муж без сознания.

Из морга я вышла, опустошённая, совершенно равнодушная, без сил, будто сама покойница. Такого там насмотрелась, что врагу не пожелаешь, но по-другому было нельзя.

Чтобы поднять себе настроение, и вновь почувствовать себя живой, я поехала в женскую консультацию. Пройдя обследование и сдав анализы, я получила подтверждение от врача, что с моим малышом все в порядке.

Ехала в больницу к Руслану, разглядывая пятнышко на снимке УЗИ. Такое маленькое и такое огромное, величиной с целую вселенную. Как бы я хотела, чтобы Руслан тоже его увидел, разделил со мной мою радость и трепет ожидания ребёнка, но он был по-прежнему безмолвен и бездвижен.

Бугор выглядел намного бодрее, чем вчера. Я зашла к нему на минуту, чтобы сообщить о завтрашних похоронах, и обещала прислать за ним машину.

Вернувшись домой, я легла спать. Мне хотелось уснуть и забыть всё плохое, все ужасы, что выпали на мою долю, но сон не шёл. Я думала о том, как изменилась с тех пор, как попала в руки Руслана.

Да, я стала сильнее. Ульяна Лебедева, падающая в обморок от вида крови или мужского члена, не смогла бы вывезти всего, что выпало на её долю. А вот Миронова смогла и вынесла. Были и минусы в этом становлении. Меня больше не сжирала ненависть и обида, но что делать с моей жестокостью?

С волками жить — по-волчьи выть? Я сама не заметила, как превратилась в человека, подобных которому я презирала. Я стала убийцей, бандитом, переступила черту закона безвозвратно, и уже ничего не вернуть и не изменить.

Стоило принять этот выбор, как данность, перебороть себя и смириться со своей участью, но где взять столько сил? В то, что когда-то наступит вожделенный покой и умиротворение в нашей с Русланом семье, мне уже слабо верилось.