Книга Богом данный. Ты мой единственный, страница 51 – Натали Нил

— Ты наказана.

— Ладно я. — Тяжело вздохнула Бэлла, уткнулась лбом в спину и сокрушённо продолжила, — А маленький-то тут причём?

Дан прыснул. На этой эпичной фразе его терпение закончилось. Оборона сдалась и он повернулся к Бэлле...

Через неделю Дан заехал в супермаркет за любимым сортом кофе. У кассы взгляд зацепился за стойку с журналами. Он сразу выхватил свою кошку. Она не просто отлично провела фотосессию — её фото красовалось на обложке! Она стояла, оттопырив попку и чуть наклонившись к одной ноге. Тот самый маленький кружевной бодик, словно вторая кожа, облепил стройное тело. Фотограф взял отличный ракурс и её ноги в ботфортах на высоченных каблуках казались нереально длинными. Зелёные глаза, умело подчёркнутые визажистом, ловили и не отпускали взгляд. Волосы, перекинутые через плечо, свисали свободно крупными густыми волнами. В руке она держала настоящий, видавший лучшие времена, кнут, закрутив его на один оборот вокруг тонкой кисти. Ведьма в чистом виде!

Дан завис, рассматривая Бэллу. Какая же в ней бушевала бешеная сексуальная энергия!

— Хороша, да? — Какой-то мужик остановился рядом. — Я 6 такую... – Он сделал характерный жест, показывая, что б он с нею.

— Ага. — Вяло согласился Дан. Взял вслед за мужиком журнал и пошёл на кассу.

На стоянке Дан сел за руль, но не торопился отъезжать. Он листал страницы журнала и довольно улыбался. Бэлла оказалась чертовски фотогеничной. Как говорят — камера любила её. Да и фотограф знал своё дело. Очень хорошо.

Зазвонил телефон и Дан придал лицу серьёзное выражение лица. Резко, почти грубо, рявкнул:

— Да!

На том конце медлили, потом осторожно спросили:

— Да-ан?

— Нет тут таких!

— А кто есть?

— Остались только козлины многоопытные!

— Ну, Дан! — Выдохнули облегчённо и виновато. — Ну, прости ты уже меня, наконец! Я издёрганная была, на взводе, у меня всё болело! Ну, сколько можно дуться? Хочешь, придумай мне обидную кличку. Я вот не буду обижаться... Прости, а?

— Я подумаю. — Сменил гнев на милость парень.

— Журнал видел? — Перевела Бэлла тему.

— Ага, даже купил. Сижу теперь вот на стоянке. Не могу уехать, дрочу.

— Фу!

— Чего это «фу»? Маленький доволен. — Продолжал стебаться Дан.

— Слушай, давай переименуем его в «младшенький». А то «маленький» ему как-то не совсем подходит. Вернее, совсем не подходит.

Боже, Дан еле сдерживал смех! Они придумывают кликуху его члену... Который, кстати, уже дёрнулся в штанах. Охренеть... Это только с Бэллой возможно.

— Я у него спрошу. — Пообещал. - Может, он уже к «маленький» привык. Нечего ему стрессы каждый раз устраивать. Я ж вот к козлине многоопытной привык.

— Ну, Дан! — Снова засопела Бэлла.

— Ладно. Приедешь? — Улыбался красивыми губами.

— Приеду. Надо ж у тебя прощения выпрашивать.

— Ага. Так и вижу тебя на коленях...

В трубке фыркнули.

— Мечтай! И хватит дрочить, мозоль натрёшь! Приеду ближе к девяти. — И она отбила звонок.

* * *

Бэлла подъехала к дому Дана позже, чем ожидала — темнота уже плотным покрывалом укутала Милан. Открыла подъезд свой «таблеткой». Поднялась в квартиру. Толкнула незапертую дверь и вошла в темноту. Дверь закрылась, щёлкнул замок, отрезая её от ярко освещённого коридора. Шлёпнула по выключателю, но ничего не произошло. Она так и стояла в темноте.