Книга Мой наглый босс, страница 65 – Наталья Ван

Я виновата в том, что моя гордость стала помехой в этой борьбе. Разве есть что-то постыдное, чтоб спасти любимого и единственного близкого человека? Но сейчас поздно об этом говорить. Своей гордостью я подписала маме смертельный приговор.

Катя

Смотреть в любимые глаза мамы стало невыносимо. Вечером я провела с ней от силы пол часа. Больше не смогла. Я не могла рассказать ей.

Утром, безжизненным шагом я шла на работу. Люди вокруг суетились, бежали, а мой мир остановился.

— Привет, — коснувшись моего плеча, бодрым голосом поздоровался Вова.

— Привет, — отозвалась я, глядя себе под ноги.

— А ну, посмотри на меня, — Вова склонился, чтоб увидеть мои глаза. — Бляха! Кать, ты вообще спала сегодня ночью?

— Не помню, а что?

— У тебя глаза красные. Что случилось? Сознавайся. Это Леха, да? Поэтому он свалил куда-то ещё вчера вечером?

— Свалил? — переспрашиваю я.

— Да. Ты не позвонила мне вчера, а он набрал и сказал, что уезжает. Я думал это связано с вами двумя.

— Нет. Я не знала, что он уехал. Вов, — приободрилась я, осознав что босса нет.

— Чего? — он обошёл меня и зашагал спиной вперед.

— Раз Алексея Андреевича нет, можно я попрошу тебя о кое чем?

— Попробуй, — поиграв бровями Вова остановился.

— Сперва скажи, когда он возвращается?

Я должна провести с мамой как можно больше времени, даже если это будет приносить мне невыносимую боль. Ночью я много думала. Нельзя убегать от ответственности. Каждый прожитый мамой день может стать решающим. Я не знаю, когда ей станет хуже, поэтому каждая секунда на счету. Я хочу быть рядом с ней.

— Сказал к вечеру. Он улетел куда-то. Я сам ничего не понял. Сложно представить, что у него там щелкнуло. Вчера сел в самолет и усвистал.

— Может командировка о которой он говорил? Мы же так и не слетали.

— Не исключено. Хотя что-то мне подсказывает, что это был лишь повод тебя удержать.

— Удержать? — переспрашиваю неуверенно. — Хотя плевать, — отмахиваюсь я. — Если Алексей Андреевич возвращается вечером…

— То…, — подталкивает меня Вова к назревшему вопросу.

— Можно я сегодня отпрошусь? — работу потерять теперь не страшно. Я держалась за неё пока могла помочь маме, но сейчас не было смысла.

— Ого. Ты ж только в новый офис пришла. Стряслось чего?

— Хочу провести побольше времени с мамой. Она больна и каждый ее час на счету, — проговариваю я, сглатывая подступивший ком к горлу.

— Все настолько плохо? Может я могу помочь? — он вмиг становится серьезным.

— Нет. Ты не поможешь. Так что?

— Иди. Я если что прикрою тебя, — его рука коснулась моего плеча в знак поддержки. — Мама это святое, — грустно слетело с его губ. — Я знаю, что такое терять родителей.

Не раздумывая больше ни секунды, я развернулась и рванула в больницу. Какая же я дура, что вчера сбежала. Но мне нужно было время, чтоб принять эту боль.

Я бежала не разбирая дороги в больницу. Господи, какая же я идиотка. Пошла на поводу у своего самолюбия, но это же самое ценное время, что у меня осталось.

— Куда это вы собрались, — грубо остановил меня голос девушки из регистратуры. — Часы приема не знаете?

— Прошу прощения, но у меня мало времени. Мама в плачевном состоянии. Войдите пожалуйста в мое положение, — на глаза навернулись слезы.

— Тут сотни людей в плачевном состоянии, но это не значит, что можно нарушать режим! Покиньте больницу и приходите в указанное время.