Книга Измена. Ты (не) узнаешь о нас, страница 79 – Наталья Ван

От его слов меня словно пронзает током, горечь и ненависть наполняют мою кровь, вызывая бурную реакцию организма. Надменный ублюдок! Я вижу его бесчувственное выражение лица и понимаю — он не способен на сочувствие. Он не понимает, что значит любить.

— Не смей так говорить о родителях! — кричу, но мой голос дрожит от гнева. Внутри меня нарастает ощущение, что я могу задушить его, что эта злоба вот-вот вырвется наружу, как вулкан и похоронит его под своими алыми потоками.

— А что ты сделаешь? Вновь отправишь меня в лечебницу? — скалится он, и от его смеха мне становится дурно. Каждое его слово — удар по самому больному. Он наслаждается тем, что сделал из меня монстра. Это больше не мой брат. Мерзкий манипулятор!

— Если понадобится, то я отправлю тебя на тот свет, а сейчас заткнись! — ору я, и в моем голосе звучит такая решимость, что он на мгновение замирает. Кажется, он наконец-то понял, что перешел ту тонкую грань моего доверия и братской любви. Ненависть, клокочущая внутри меня, лишь разгорается. Я готов сделать всё, чтобы он больше никогда не посмел касаться того, кто мне дорог.

— Матвей, мой брат решил отправиться в лечебницу, — ядовито произношу в трубку, сталкиваясь с оскалом Влада. — Нет. В этот раз он отправится в Чехию.

Оля

С того самого дня, как Вадим без лишних слов скрылся из дома, прошла пара месяцев. Но по возвращению он словно стал другим человеком. Маруся благодаря его стараниям быстро пошла на поправку и встала на ноги спустя несколько дней.

В нашем доме появилась отдельная комната на случай если она вновь заболеет. Вадим стал больше времени проводить дома и практически не уезжал работать в офис.

— У тебя всё в порядке? — тихонько прохожу в его кабинет, чтоб не отвлекать от работы.

— Все в норме, не переживай.

Одно ловкое движения рук и я уже сижу на его коленях.

— Опять ты за своё, — отшучиваюсь, разглядывая яркие огоньки в его глазах.

— Разве я не могу насладиться тёплыми объятиями своей любимой жены? — шепчет он, опаляя кожу своим дыханием. Волоски на руках встают дыбом, предвкушая сладкую пытку его требовательных рук, но я пришла не за этим.

— Давай поговорим? — отстраняюсь, стараясь оставить разум чистым.

— Что такое? Маруся вела себя плохо?

— Нет. Она в порядке. Я уже уложила её спать. Меня больше волнует другое, — запинаюсь на последнем слове, стараясь сложить мысли в нормальное предложение и не перегнуть с любопытством.

— Оль, мы же обещали говорить, если нас что-то тревожит.

Его губы касаются шеи, и кажется я утопаю в нём без остатка.

— Вадим, ты переживаешь из-за брата?

С трудом выдавливаю из себя и замолкаю. Вадим отстраняется от меня с тяжёлым вздохом.

— Не стоило предлагать всегда говорить о проблемах, — смеётся он, зарываясь рукой в моих волосах. — Да. Он проходит лечение. Я боюсь, что он опять может натворить делов и… в общем я боюсь, что он навредит вам. В его голове столько всего, что я не знаю чего можно ожидать.

— Послушай меня внимательно, — беру его лицо в свои руки и устанавливаю зрительный контакт. — Твой брат обязательно поправится и всё будет в порядке. Не переживай за него.

— Ты же помнишь с каким тоном он произносил те слова. Меня всё ещё передергивает от его ненависти в мою сторону.

— Я прекрасно помню ту запись, что ты сделал. И помню твой голос в тот момент. Вадим, если бы ты знал, что он так поступит, то никогда бы этого не допустил. Ты не виноват в том что было. Оставь это в прошлом. Давай жить дальше. Не оглядываясь назад.