Книга Развод. Тайна с глазами мужа, страница 37 – Натали Лин, Оксана Рэй

Отправляю это сообщение, и телефон падает на диван рядом. Откидываюсь на спинку дивана, задираю голову вверх и смотрю в потолок. Делаю глубокий вдох и выдох. Пытаясь скинуть накопившееся напряжение. Тишина в квартире обволакивает меня, и в ней мысли звучат особенно громко, но они быстро исчезают, когда я слышу вибрацию телефона.

Беру его в руки. Ответ приходит быстрее, чем я ожидала.

“Вера Александровна, добрый вечер. Я лично семейными делами не занимаюсь, но могу дать контакт отличного специалиста. Марина Андреевна Воронцова занимается только разводами и сопутствующими вопросами. Очень грамотная. Передам ей ваш номер, она свяжется с вами.”

“Спасибо большое”.

Печатаю я в ответ и откладываю телефон в сторону. Смотрю в окно. Снег наконец-то перестал падать. Город замер. Только где-то далеко шуршат шины по заснеженным улицам.

Матвей уехал отвозить Егора, но так и не вернулся. Не позвонил. Не написал. Просто исчез.

Сбежал, как всегда, когда нужно смотреть правде в глаза.

Телефон оживает. Вибрация режет тишину, заставляет вздрогнуть. Смотрю на экран и вижу незнакомый номер. Почти сразу же принимаю вызов.

— Вера Александровна? — в трубке слышу женский голос. Спокойный, деловой. — Это Марина Воронцова, адвокат. Алексей Викторович передал, что я могу быть вам полезна.

— Да, здравствуйте, — я слегка откашливаюсь. — Спасибо, что так быстро перезвонили. Я искала хорошего специалиста в интернете, но поняла, что надежнее тех, кто рядом быть не может.

— Расскажите вкратце, что у вас случилось.

Слова застревают в горле. Пытаюсь собраться с мыслями. Как вывернуть наизнанку всю эту грязь, не захлебнувшись?

— Вера Александровна?

— Да, извините, пытаюсь подобрать слова. У моего мужа есть другая семья, — говорю я и чувствую, как воздух выходит из лёгких вместе с этими словами. — В этой семье еще есть ребёнок. Сын. Ему восемь лет, столько же, сколько и нашей младшей дочке. Я узнала об этом пару дней назад. Сейчас хочу подать на развод.

На том конце провода повисает тишина.

— У вас есть доказательства? Признание мужа, переписка, фотографии?

— Там слишком много доказательств. Есть фотографии, которые были сделаны в течение всех этих лет. Хотя, как по мне, наличие ребенка на стороне уже является весомым фактом его измены.

— Как я поняла, у вас есть несовершеннолетние дети?

— Да, дочь, восемь лет. И сын, ему шестнадцать.

— Хорошо. Какое у вас имущество? Квартиры, машины, бизнес?

Закрываю глаза. Голова разрывается на части, но я заставляю себя говорить чётко.

— Квартира, где мы живём, куплена в браке. Машины на нём. Есть еще ресторан, который я бы хотела сохранить, но там все сложно.

— Ресторан, — повторяет она. Голос становится собранным. — Открыт в браке?

— Да. Мы начинали вместе. Мои родители вкладывали деньги, — продолжаю я и чувствую, как к горлу подступает ком. Папа тогда продал машину. Мама говорила: “Верочка, это ваше общее будущее”. Общее. — Но юридически всё оформлено на мужа.

— Документы, подтверждающие перевод денег от ваших родителей, сохранились?

— Кажется, да. Я посмотрю.

— Хорошо. Если найдёте, это усилит вашу позицию. По закону всё, что нажито в браке, независимо от того, на кого оформлено, общее. Угрозы увольнением и тем, что вы “останетесь без всего”, это лишь манипуляция. Уволить вас он может, но долю в бизнесе это не отменит.