Книга Зацепить 13-го, страница 307 – Хлоя Уолш

Джонни снова застонал:

— Я дал тебе не тот диск.

— Не тот?

— Ну да. Этот – диск Гибси^[48].

— А ты мне что хотел дать?

Джонни поморщился.

— Тот, где девятый трек – одна из песен группы Maroon-5.

— Да? – Я посмотрела на него. – Какая именно?

— «She Will Be Loved»^[49], – ответил он, поерзав на сиденье.

Ого.

Просто вау.

Когда я не ответила, потому что, признаться, не смогла, Джонни задал еще несколько вопросов, явно пытаясь оживить разговор.

Я отвечала односложно. Джонни уселся удобнее, коснувшись моей руки, и снова взялся за айпод.

Он пролистывал треки, названия появлялись на экране, и наконец он остановился на песне Джона Мейера «Daughters».

— Если захочешь еще кому-то позвонить, скажи, ладно? – произнес он, прежде чем надеть наушники. – Или еще что-нибудь.

Джонни установил такую громкость, что мой плеер мне уже не понадобился. Я великолепно слышала каждое слово его песен.

Довольная тем, что он временно избавил меня от своего внимания, я судорожно вздохнула и попыталась привести нервы в порядок.

Но это было непросто.

Особенно когда источник моих волнений сидел рядом со мной.

И еще слова песни терзали меня^[50].

«Если бы он только знал, насколько эти слова жизненны», – подумалось мне.

Если бы…

ДЖОННИ

Я только что спросил ее о месячных.

Да что за херня со мной происходит?

Можно ли вообще спрашивать у девчонки про ее месячные?

Я понятия не имел.

Черт, надо попросить, чтобы доктора мне голову проверили, а не только яйца, потому что там явно что-то разладилось.

Шаннон сидела рядом со мной, я чувствовал ее запах, чувствовал, как ее рука касалась моей, и едва мог произнести что-то осмысленное.

Ну правда, это же ненормально.

Я всю жизнь провел на виду, как хренов цирковой пони, и ничто меня не смущало.

А она – да.

Вот эта девочка рядом со мной смущала меня.

Может, я так давно не общался с женским полом, что ко мне возвратилась девственность? Потому что я себя так и чувствовал – как будто вернулся к невинности.

Ни один уважающий себя парень моего возраста с моим жизненным опытом не стал бы дрожать из-за девчонки.

Да еще как дрожать.

А я дрожал, пытаясь расслабить тело и придать себе хотя бы видимость нормальности, чтобы Шаннон не испугалась и, как обычно, не забилась в раковину.

Вопросы мои были просто постыдны, но я не мог взять себя в руки.

Она накрасилась.

Чертов макияж едва не заставил меня плакать.

Она была так хороша без всякой штукатурки, но сейчас, когда она была такой, а на нас пялились все парни из команды, мне было не по себе.

Я знал, что они глазеют на нее.

Только за последние полчаса мне пришлось несколько раз убийственно посмотреть на Люка, который сидел напротив и бесстыже пялился на Шаннон.

Все это было так ненормально, что я без конца ерзал на сиденье, стараясь загородить Шаннон от Люка и прочих.

Слава богу, к тренеру в помощь на время поездки приставили миссис Мур.

Психолог-консультант Томмена, она была свихнутой теткой, но у нее имелся приличный набор игр и упражнений для поддержания командного духа, рассчитанный на три с половиной часа поездки.

У нее даже был мешочек с шоколадными пасхальными яйцами и ламинированные карточки для призов.

Всякий раз, отправляясь с нами на выездной матч, миссис Мур чем-то занимала нас в дороге. Обычно я игнорировал эту женщину, пока она не сдалась и не оставила меня в покое.