Книга Изменить 6-го, страница 88 – Хлоя Уолш

— Ответь, Джо.

— Моллой, этот разговор до добра не доведет.

— Ответь, пожалуйста.

— Да, она была моей первой, — нехотя признался я, паркуясь перед домом. — Я был молодой, глупый и жаждал хоть чуточку человеческого тепла. — Я заглушил мотор и обернулся к Моллой. — Но она совершенно ничего для меня не значила, а в памяти отложилась и того меньше.

— Значит, она была у тебя первой.

— Ифа. — У меня вырвался измученный вздох. — Я не могу изменить прошлое.

— А кто еще у тебя был? И сколько?

— Нет, даже не начинай, — отрезал я.

— Почему?

— Потому что с меня хватит! — рявкнул я, утратив остатки хладнокровия. — Потому что я ни хрена не помню! Если ты не забыла, в средней школе я постоянно угашивался. Поэтому точную цифру назвать не могу, извини. — Я шумно выдохнул и добавил: — Мне реально жаль, что так вышло. Даже не представляю, каково тебе это все выслушивать. Очутись я на твоем месте, у меня бы давно крышу сорвало. — Я покаянно опустил голову. — Как-то так.

— Ты как в воду глядел. — Моллой вздрогнула, перевела дух и, позеленев, обхватила руками живот. — Этот разговор до добра не доведет.

— Ты моя единственная, Ифа! — выпалил я, хотя умом понимал, что вечер испорчен окончательно, ничего уже не исправить. — С тех пор, как мы начали встречаться. С тех пор как впервые поцеловались, у меня была только ты.

— Да, только ты все равно постоянно угашивался. — По ее щеке скатилась слезинка. — Если ты не помнишь всех, с кем переспал, как ты можешь утверждать...

— Могу. Потому что знаю. — Я схватил ее за руку и содрогнулся, ощутив, как она дрожит. — Мне не нужен никто, кроме тебя.

— А мне никто, кроме тебя, — выдавила Моллой. — Но я всю жизнь смотрела, как мама прощает отцу его бесконечные измены. — Она покачала головой. — И мне совсем не хочется повторить ее судьбу. Закончить как она. Это мой самый лютый кошмар.

— По-твоему, я могу с тобой так поступить? Могу пожертвовать нашим будущим ради левой телки?

— Нет, — страдальчески откликнулась Моллой. — Просто...

— Послушай меня. — Я наклонился и убрал ей за ухо выбившуюся прядь. — Мы с тобой не Тони и Триш, ясно? Я никогда не сделаю ничего подобного, — заверил я, взяв ее лицо в ладони и страстно желая отогнать ее невесть откуда взявшиеся страх и неуверенность. — Поняла? Я никогда тебе не изменю.

Моллой накрыла мои руки своими, зеленые глаза искали в моем взгляде поддержку, в какой она сроду не нуждалась.

— Видишь это лицо? — Я уткнулся лбом ей в лоб, потерся носом о ее нос. — Твое лицо — единственное, что я вижу перед собой с тех пор, как мне стукнуло двенадцать. И сколько бы я ни угашивался, сколько бы ни терял рассудок, твое лицо всегда было у меня перед глазами.

Моллой вздрогнула и с порывистым вздохом взяла мое лицо в ладони.

— Правда?

— Только ты, — кивнул я. — Моя единственная.

— Будущее, — срывающимся голосом шепнула она и прильнула к моим губам. — Джо, ты сказал «будущее».

— Нет, — откликнулся я, не прерывая поцелуя. — Я сказал «наше будущее».

Моллой отпрянула и посмотрела на меня.

— Ты правда хочешь?

— А ты разве нет? — насторожился я.

— Со мной?

— А с кем же еще, Моллой?

— Но ты никогда не говорил со мной о будущем, — ошарашенно пробормотала она.

— Просто считал, что его у меня нет.

— А сейчас?

— Ты, похоже, удивлена.