Книга Невеста Волка, страница 60 – Зоя Берг

«Ладно».

Все честно. Я знала на что шла. Это сделка, он не обязан ничего объяснять. Я не имею права ни о чем спрашивать. Ну а раз уж спросила — получила такой ответ, какой заслужила. И какой… какой он умеет давать. Достаточный. Для него.

«А для меня? Что я теперь знаю?».

Достаточно чтобы понять: не отрицает.

Достаточно чтобы понять: не подтверждает.

Достаточно чтобы сидеть в этой машине и чувствовать как за последние минуты между нами что-то изменилось. Не взорвалось, не разбилось — просто стало холоднее. Как будто кто-то открыл окно.

Дома Мария Петровна встречает нас в холле. Коротко спрашивает нужно ли что-то. Влад качает головой. Я говорю «нет, спасибо». Она исчезает — бесшумно, как умеет.

Мы стоим в холле.

Влад смотрит на меня. Я смотрю на него.

Обычно в таких паузах между нами что-то есть — укол, ирония, что-нибудь острое. Сейчас — ничего. Просто двое людей в холле.

— Спокойной ночи, — говорю я.

— Спокойной, — говорит он.

Я иду к лестнице. Поднимаюсь. Не оборачиваюсь. В комнате я долго сижу в кресле у окна, не раздеваясь. За окном — сад, фонари, темнота. Сосны. Тихо.

Я думаю про «это не влияет на наш договор».

Думаю про руку на ее талии.

Думаю про то, что эта же рука была и у меня на спине — там где вырез, на коже — и как я думала, что выберу в следующий раз платье с глухой спиной, а потом подумала что не выберу.

Думаю про то, что это первый вечер, когда мы расходимся вот так. Без слова, без укола напоследок, без этого странного тепла, которое успело появиться между нами — на кухне, в столовой, кабинете с папками, в коридорах, в паузах между «ешь, стынет» и «я разберусь».

Первый вечер когда по-настоящему холодно.

И самое неприятное — не то что холодно.

Самое неприятное — что я замерзла.

Я встаю. Иду в ванную. Смываю мероприятие — макияж, духи, чужой вечер. Надеваю теплую пижаму. Мою. Из моей жизни, а не из его гардеробной.

Ложусь.

Смотрю в потолок.

«Это не влияет на наш договор», — думаю я еще раз.

«Вот же блин…»

Я весь день прячусь в кабинете с документами фонда — после вчерашнего мне, во-первых, вообще не хочется видеть Влада, а во-вторых, нужно чем-то занять голову, и цифры в этом смысле надежнее мыслей. Обедаю тоже здесь. Сославшись на то, что никак не могу отвлечься. Дома ли мой любимый жених — я не в курсе. Сама не спрашивала, а без спроса мне и не докладывают.

В половине третьего, я как раз домучила еду, которая в меня никак не хотела лезть, в коридоре раздались шаги.

«Интересно, это он? Идет ко мне?» — сразу же пролетает мысль.

Я откидываюсь на спинку кресла и жду. Дверь распахивается без стука.

На пороге стоит Антон.

«Ну здрасьте жопа новый год. Тебя вот только и не хватало».

— Ты узнала что-нибудь? — без предисловий.

Я смотрю на него.

— Да, — говорю я. — Но не то, что ты думал.

Он быстрым шагом подходит к столу. Нависает. У папочки видимо научился?

— Говори.

— Твоя мать жива.

Тишина. Полная. Такая, что слышно как за окном птица кричит где-то в саду. Антон смотрит на меня. Не моргает.

— Это он тебе сказал, — произносит наконец. Не вопрос.

— Да.

— И ты ему поверила.

— Антон…

— Ты что — тупая дура⁈ — он выпрямляется, и голос поднимается — не постепенно, а сразу, — Неужели ты еще не поняла, что ему нельзя верить ни в чем⁈ Ни в чем! Он лжет с первого слова, он купил тебя, он использует тебя, а ты сидишь и…