Книга Обучение любви, страница 4 – Татьяна Бэк, Лив Вьен

В позе догги-стайл она чувствовала себя абсолютно комфортно и естественно, прогибаясь в пояснице и подмахивая бедрами мужчине, бравшему ее сзади. Надо ли говорить, что этим мужчиной был мой супруг. Впервые я видела у него такое лицо: словно сведенное болезненной судорогой, блестящее от пота, с закушенной губой и абсолютно сумасшедшими глазами. Почему-то, когда он занимался сексом со мной, его идеальные мужественные черты имели отпечаток скуки и безразличия!

— Да, сучка! — прорычал он, вставляя свой внушительный член в любовницу на полную длину. На какой-то миг мне стало жаль «собачку», но, кажется, ей это только понравилось, по ее подтянутому загорелому телу прошла судорога, она прогнулась еще сильнее и застонала, распахнув глаза, которые тут же расширились от удивления при виде меня.

— Здравствуйте! — вежливо поприветствовала я ее. — Вы и есть мой подарок на годовщину, который обещал муж?

Так получилось, что мои слова совпали с оргазмом мужа, и он, похоже, не услышал меня. Шумно дыша, Ярослав начал изливаться в любовницу, которая раскорячилась под ним то бледнея, то краснея при виде меня.

— Надеюсь, вы предохранялись? — сделала я очередную попытку привлечь внимание мужа, всем телом прижавшегося к своей белобрысой бабенке. — Сомневаюсь, что он женится на тебе, даже если залетишь.

Я сама себя не узнавала, откуда только взялось подобное хладнокровие? Вид оседлавшего другую бабу мужа не вызывал у меня сейчас ничего кроме омерзения. Возможно, это была лишь защитная реакция моего организма, и после я буду рыдать в три ручья, сейчас же в планах было как можно быстрее избавить себя от общества этих двоих. Собрать изменнику чемоданы и выдворить их из моей квартиры и из жизни.

Я мысленно поблагодарила мать, которая истериками и угрозами не позволила прописать мужа в квартире, которую оставила мне бабушка. Мать с самого начала невзлюбила Яра, считая его слишком наглым и скользким, и теперь я была с ней как никогда согласна.

Куда только глядели мои глаза, когда выходила за него? Да, до свадьбы ухаживал он умело, и я чувствовала себя любимой и нужной. Но после штампа в паспорте его словно подменили. Я не сразу это заметила, будучи влюбленной, да и потом стоически терпела все его претензии и нападки, считая, что заслужила. Однако теперь розовые очки спали с меня окончательно.

Услышав мой голос, муженек подорвался, как ошпаренный, соскакивая с любовницы, и уставился на меня, как на привидение. Его подстилка же, взвизгнув, схватилась за одеяло, натягивая его на себя.

— Оля⁈ Ты почему не на работе?

— А ты? — горько усмехнулась я. — Что, взял работу на дом, я смотрю? Как ты мог, Яр⁈

Лицо мужа скривилось, и он, натянув брюки, повернулся ко мне с мрачным видом.

— Как я мог, говоришь? Радуйся, что вообще так долго продержался! Ты ж, Оль, как баба, никакая, ни рыба ни мясо. Готовить толком не умеешь, руки у тебя вообще не из того места, а про секс с тобой я вообще молчу! Словно с замороженной рыбой трахаюсь каждый раз.

— Что? — я пошатнулась. — Ты это сейчас серьезно?

Слова мужа ранили без ножа. Я столько любви и заботы вкладывала в нашу с ним маленькую семью, что подобные обвинения просто убивали.

— Серьезно! Когда женился на тебе, радовался, что отхватил такую красотку, да с жилплощадью. А она мало того, что не прописала меня, так еще и фригидной дурой оказалась!