Книга Ты теперь наша рабыня, страница 76 – Рин Рууд

— Оран, скажи… им…

А Оран, как только я перевожу на него взгляд, проводит ладонью от солнечного сплетения до пупка, а затем стискивает себя через ткань брюк и имитирует с хищным оскалом глубокую фрикцию.

— Что вы делаете… — я не моргаю и не дышу.

— Всячески соблазняем и добиваемся твоего внимания.

— Могли бы рожи друг другу помять, — Богар скидывает сапоги на траву, — но ты же против насилия.

— Да, против, — уверенно отвечаю я.

— Вот мы и не будем драться, — голос Лирама обжигает мою щеку влажным выдохом.

Когда успел подкрасться?

Разворачивает мое лицо к себе, пробегает пальцами по шее, вызывая во мне волну дрожи, и шепчет:

— Знаешь, это немного напоминает сцену, в которой Вагх Суровый признался в любви Ноюне в лесу у костра и открылся, что он не человек.

— Ты читал Суровые джунгли любви? — охаю я.

— Да…

Поддаюсь в его сторону, обвиваю руками шею и целую. Его руки ныряют под тонкую ткань.

Шумно выдыхает, спускаясь к пояснице.

На траву с другой стороны садится Оран, и стягивает с меня тряпку.

Вместо с того, чтобы стыдливо оттолкнуть, целую.

Мне жарко и сладко. Губы у Орана не требовательные, а принимающие. Он наслаждается моей мягкой инициативой и отвечает на нее тягучей нежностью. Отстраняюсь, чтобы заглянуть в его глаза, но меня за подбородок к себе разворачивает Богар: — А я?

И ты. Почему нет? Я хочу этого. Хочу каждого, и к черту искусственные приличия, которые рвутся под теплым желанием и густой негой.

Бес стыда и жадно въедаюсь в губы Богара, разгоряченная двумя поцелуями, а затем под волной жара и слабости опрокидываю его на спину.

Я сейчас должна и буду сверху.

Я полна власти над возбужденным самцом, который судорожно сглатывает под моим глубоким поцелуем.

Перекидываю одну ногу через Богара, сжимаю его твердый член и шепчу:

— Хочешь меня?

— Хочу…

— Так попроси меня, — касаюсь кончиком языка его верхней губы и улыбаюсь. — Я жду.

Может, я обезумела, но я сейчас веду игру, и никто не вяжет мои мысли и желания в узел. и мне это нравится.

— Прошу… — глаза Богара вспыхивают желтым огнем, — прошу, моя волчица… сжалься…

Провожу головкой по клитору. Из меня вырывается глухой стон, и я медленно насаживаюсь на его вздрогнувший член до основания.

Закрываю глаза, веду бедрами и вновь целую Богара, который с шумным выдохом закрывает глаза.

— Но ты не только его волчица, верно? — Шепчет на ухо Оран и скользит рукой по спине к ягодицам. — И нам наблюдать со стороны и ждать твоей милости?

— Нет… — запрокидываю голову, открывая шею для его губ. — Не надо ждать…

Его пальцы касаются между ягодиц, собирают мои густые соки и поднимаются к тугому колечку мышц. Выгибаюсь со стоном в спине под нежными круговыми движениями.

— Не смею быть против…

Головка его члена давит мою попку, и я выдыхаю, расслабляюсь под поцелуем Лирама, который привлекает меня к себе с правой стороны.

Мычу в его губы, когда Оран медленным, но уверенным толчком проникает в меня. Меня тянет и распирает. Ладони Богара поглаживают мои бедра, а Лирам пробегает языком по линии моей челюсти и вновь целует.

Со стоном выдыхаю, принимая Орана глубже, раскрываясь ему без остатка. Вжимается в меня.

Внутри.

Оба внутри. Сладкая боль пронизывает мои внутренности, прорастает в них и плавит.

— Выдыхай, Ви, — шепчет Лирам, вглядываясь в глаза.