Книга Мир жизни и смерти 11, страница 111 – Павел Пуничев

Видимо, я знатно подзавис, наблюдая за всем этим, так как очнулся только когда вокруг меня в воздух начали подниматься воздушные мины.

Новое слово в гномьей технике: небольшие бочонки, наполненные взрывчаткой и поднимающиеся вверх за счёт винта, работающего от сжатый пружины. Её одного завода хватало максимум на пять минут работы, но, судя по тому, сколько на нас надвигалось существ, чтобы столкнуться с кем-нибудь, этого времени будет более чем достаточно. При их появлении я вернулся в реальность, осознав, что, не дождавшись моих приказов, Лапочка начала рулить сама, командуя оставшимися бойцами. Я не стал возмущаться, за последнее время я окончательно осознал, что это не совсем моё, мне бы лежать в кровати с какой-нибудь знойной красоткой, выискивая между её возбуждённо оттопыренных ягодиц место, где рождаются томные вздохи и сладостные стоны, а ни это вот всё. Хотя, может быть, я просто устал и мне нужен отпуск? Ничего, сейчас с этими уродами разделаемся, — пообещал я сам себе, — и устрою отпуск: только пышные груди, озорно торчащие сосочки и упругие ягодицы, зарывшись в которые, я смогу беспробудно проспать неделю-другую.

Встряхнулся, уже полностью возвращаясь в реальность, глядя как вокруг нас разворачивается целое действо. Лапа явно решила не экономить, активировав всё самое мощное и дорогое, что у нас было. Не прошло и пары секунд, как нас окружили три полосы активных препятствий, со рвами, ловчими ямами, торчащими в сторону врага кольями, обмазанными ядами и парализующими веществами, рунные мины, мощная стена, загораживающая нас до груди и множеством других прибамбасов, включающих в себя четыре автоматических стреломета. Так называемый походный гномий лагерь. С их легендарно известный скупостью, даже вспоминать не хочу сколько он нам стоил.

— Бро, может уже перестанешь пялиться на голых баб в своём воображении и начнёшь хоть что-то делать?

— Никаких голых баб, — соврал я, на абсолютно несправедливое замечание Лапочки, — просто я почему-то не могу найти в себя в быстром доступе ледяной буран, с которого хотел начать.

Сказал и понял, что его действительно нет. Как так? Вот только что он стоял в последней ячейке быстрого доступа. Секунду тупо пялился туда и только пересчитав их понял, что разросшийся за последние месяцы до двенадцати ячеек, он почему-то сократился до десяти и последняя ячейка как-то неуверенно моргает, будто собираясь тоже исчезнуть.

Я моментально взмок, если они все полностью пропадут, скорость каста упадёт на порядок, пока залезешь в книгу магии, пока найдёшь нужное заклинание…

Поэтому я больше тормозить не стал, выбрал самого большого призрачного осьминога, сожравшего вокруг себя всех, кого смог и выросшего уже до гигантских размеров, скастовал на него божественную ярость. Это единственное моё заклинание, которое до него доставало, и оно стало ярким началом этой битвы.

Заклинание, аннигилировав по пути парочку богомолов, проделало в осьминоге огромную дыру, внутрь которой и высосало всё остальное существо, включая выпученные глаза, оскаленные клыки и захапущие щупальца, а затем всё это неожиданно взорвалось, подчистую выкашивая пролетающую мимо мелочь.

Убийственная божественная аура тут же скакнула, вновь начав отъедать хитпоинты. От подлетающих богомолов к нашему защитному куполу потянулись рубиновые лучи, до боли похожие на лазеры. Купол задрожал, пошёл волнами, мешая видеть окружающее, сбивая меня с каста.