Книга Мир жизни и смерти 11, страница 5 – Павел Пуничев

Меня всего аж затрясло от возбуждения, я уже не сдерживаясь зарычал, начав грести изо всех сил, однако обхватившая меня стальным обручем тёмная вода осталась холодно-безжалостной, так и не дав мне сдвинуться с места. Во взгляде продолжающей страстно выгибаться шатенки, появилось обиженное выражение и недоумение.

Я сам никак не мог понять, что происходит, почему раздирающее меня желание не может найти выхода, несмотря на парочку жаждущих моей ласки девиц.

На этом всё не закончилось: по тёмным камням начали спускаться новые девушки, с волосами всех расцветок, включая светло-зелёный и сиреневый, которые не смотря на свою длину практически ничего не скрывали, будоража моё естество ещё сильнее. Девушки разбились на пары-тройки, начав активно ласкать друг друга, нисколько не стесняясь запуская тонкие ладошки меж стройных ножек, вовсю шаля там изящными пальчиками.

В голове и так стояла непривычная муть, а бурлящие гормоны вообще начали превращать меня в неосознанное мычащее животное, у которого перед глазами стояли только стройные обнажённые фигурки, будто выточенные из белоснежный кости. Впрочем, в этом странном аду, наполненном страстными фуриями, что-то начало меняться. Здесь появилась ещё одна девушка, странно знакомая, рыжеволосая, облачённая кроме пышной причёски ещё и в россыпь изумрудов, хаотично разбросанных по идеальному телу. Она обвела брезгливым взглядом это собрание разбившихся на парочки девчонок, бросила на меня ревнивый взгляд, гневно топнув ножкой.

Реальность подёрнулась рябью, скалы и тёмная вода начали исчезать, последними исчезли переплетённые девичьи фигурки и тут же всё начало появляться вновь: скалы, вода и туман…

Вот только девушки не вернулись, вместо них по скалам скользили непонятные существа, где верхняя часть была от смеси уродливого человека и ящерицы, с длинными тонкими трёхсуставчатыми руками, заканчивающимися когтистыми кистями с натянутыми меж пальцев перепонками, а заканчивалось оно змеиным хвостом, которым существа цеплялись за скалы, вылавливая из тёмной воды слабо сопротивляющуюся рыбу, сразу же отправляя её в свои клыкастые пасти. Впрочем, этим занималось меньшинство из них, основная масса, повиснув на хвостах или цепляясь за выступы лапами провожали нас рыбьими бесчувственными взглядами, широко раскрытыми пастями, извергающими беззвучные волны, заставляющие реальность вибрировать, вновь замутняя рассудок.

Я встряхнул головой, отгоняя морок, только сейчас почувствовав тупую боль там, где тело обхватывала стальная полоса кандалов. Что за чёрт? Меня что какой-то недоделанный дракон хотел унести к себе в гнездо, чуть не разорвав тело пополам? А нет… Я покрутил головой, глядя как мужская половина экипажа и мои сокланы бьются в своих оковах, как умалишённые, травмируя своё тело стальными оковами, натужно хрипя, вращая безумными глазами и пуская пену изо рта.

Женская половина тоже дышала не менее натужно, испуганно вращая глазами и брызгая слюной изо рта, но занимались совершенно другим, отражая нападение на корабль. Нападали те же самые существа, что висели на скалах. Некоторые из них соскальзывали в воду, быстро добираясь до корабля и забираясь наверх по обшивке, впиваясь в неё когтями или используя длинные хвосты в качестве пружины, прыгали с нависающих скал прямо на палубу. Около Лапочки уже лежало несколько рассечённых на двое трупов, а рядом со мной раздавались громкие гулкие удары стальным по тупому и злобное шипение: