Книга Искатель - 20, страница 106 – Сергей Шиленко

И, чёрт возьми, это было логично с точки зрения выживания расы. Учитывая, что большинство их сородичей рождались в полном одиночестве на заброшенных лесных полянах, без такой «прошивки в мозг» они бы просто не выжили и не смогли бы коммуницировать с внешним миром. Система Валинора, как всегда, предусматривала все случайности.

— Сегодня твой самый важный день, кроха, — я мягко провёл пальцем по её зелёной щёчке. — Твой первый день, когда ты наконец-то можешь ответить мне вслух, а не просто шевелить листиками.

— И первый день, когда я могу поиграть с братьями и сёстрами! — глаза Астерии загорелись озорным блеском. Эта мысль явно сработала как триггер: дочь тут же начала энергично вырываться, упираясь ручками мне в грудь. — Пусти, пап! Мы как раз собирались играть в салки!

Я со смехом опустил её на мощёную дорожку. Стоило её маленьким ножкам коснуться земли, как старшие дети радостной стайкой облепили её со всех сторон, и через секунду вся эта визжащая, хохочущая орава сорвалась с места, носясь вокруг стебля Астерии. Малыши, которые ещё не умели бегать, с пыхтением поползли или неуклюже заковыляли следом, не желая отставать от праздника.

Я смотрел им вслед. Несмотря на её взрослую речь, биологически Астерии было около двух лет — именно столько времени она провела в форме цветка. Если её развитие пойдёт по стандартному сценарию местных рас, не считая периодов зимней спячки, свойственных растениям, то физически она догонит трехлеток примерно через полтора месяца. Мой внутренний «калькулятор» тут же сделал пометку в мысленном календаре.

Да уж, время здесь летело так быстро, что я едва успевал фиксировать изменения. До дня рождения Глории оставалось меньше двух недель.

Глядя на бегающих детей, ощутил болезненный укол вины. Какая-то часть меня, та самая, что хотела быть просто отцом, с горечью понимала, как много бесценных моментов я упускал, сутками пропадая на тренировках, в рейдах, на совещаниях, выстраивая оборону, качая уровни и готовясь к кровавому противостоянию с Малином Медобруком и его ублюдочным Консорциумом. Я строил для них крепость, но не всегда успевал посидеть с ними на полу. Завтрак, ужин да сказка перед сном — вот и весь мой отцовский максимум в последнее время. Час или два в день.

Мои меланхоличные размышления прервал резкий рывок. Астерия, каким-то чудом проскочившая мимо «салящих», подбежала ко мне и требовательно дёрнула за край льняной рубашки.

— Пап! А Глория сказала, что если тебя хорошенько попросить, ты подбросишь меня прямо до самого неба! Это правда?

— Ещё какая! — Я подмигнул ей, наклонился и, подхватив её под мышки, с силой подбросил высоко в воздух.

Малышка взлетела метра на три, издав оглушительный счастливый визг. Я поймал её на лету, легко гася инерцию.

— Ещё раз! Выше! — потребовала маленькая командирша.

Я повторил этот трюк ещё несколько раз. Астерия заливалась колокольчиком, кувыркаясь в воздухе, и каждый раз, взлетая, гордо косилась на матерей и сестёр, смотрят ли они на её триумф.

Разумеется, начавшийся аттракцион тут же прорвал плотину желающих в нём поучаствовать. Стоило мне опустить Астерию на землю, как на меня со всех сторон набросилась толпа из двадцати с лишним детей, требуя своей порции «полётов», каждый хотел урвать кусочек папиного внимания.