Книга Искатель - 20, страница 113 – Сергей Шиленко

По мере того, как мысли окончательно возвращались к расчётам баллистики и сплавам, выражение лица Эшли становилось всё более отстранённым. Она развернулась и стремительно вышла из штаба, цокая каблуками ботинок.

Я лишь покачал головой, глядя ей вслед с лёгкой, полной обожания улыбкой. Эшли в своем репертуаре: стоит ей только ухватиться за грандиозную идею, как весь остальной мир просто перестает для неё существовать. Но я понимал, именно её пытливый ум и фанатичная одержимость чертежами и пушками давали всем нам реальный шанс выстоять в той кровавой бойне, что надвигалась на наши земли. И ради этого стоило немного подождать.

Марона стояла неподалёку, ожидая возможности переговорить со мной. Её взгляд, как всегда цепкий и понимающий, светился лёгкой иронией, когда она наблюдала за происходящим.

— Я попрошу одну из девушек принести ей ужин пораньше, — мягко предложила она, подходя ближе. От неё исходил тонкий, едва уловимый аромат лаванды и чего-то уютного, домашнего. — И напомню, что сегодня вечером она собиралась взять дополнительный выходной.

— Спасибо, — я с благодарностью обнял свою возлюбленную. Моя ладонь скользнула по её щеке, ощущая бархатистость кожи. — А как ты, моя любовь? Как дела?

Марона улыбнулась. Внешне она казалась спокойной и даже довольной, но я слишком хорошо её знал. В глубине глаз за привычной деловой холодностью затаилась глухая тягучая боль.

— Значит, ты вспомнил? — тихо произнесла она.

Да, я помнил, что сегодня годовщина смерти её первого мужа, Орина, и для неё этот день всегда был тяжёлым испытанием. Но в прошлом году всё стало ещё хуже, когда к скорби по мужу добавилась горечь потери её провинции. Баронесса лишилась не просто земель, она потеряла дом, в котором выросла, где поколениями жила её семья. Тогда она просто сломалась, ушла в себя, заперлась от всего мира, чтобы в одиночестве оплакивать утраченное, оставив нас присматривать за маленькими Дарином и Эльвирой на те несколько часов, что ей понадобились, чтобы собрать осколки своей воли воедино.

Я изо всех сил старался утешить её тогда, стараюсь и сейчас, но червь вины продолжал грызть меня изнутри. Я прекрасно понимал, что её вынужденное изгнание — во многом моя вина. Именно её связь со мной, Искателем Артёмом, и с Мэриголд превратила Марону в мишень для Консорциума. У неё просто не осталось иного выбора, кроме как бежать, бросив всё, спасая свою жизнь и жизни детей, как и у остальных моих близких.

Терана была для Мароны не просто провинцией, а смыслом жизни, особенно после того, как она овдовела, и её потеря сильно подкосила баронессу, выбив почву из-под ног. Я сжал челюсти, чувствуя, как внутри закипает глухая ярость, и мысленно поклялся вернуть ей всё: и законные земли, и титулы. Но, если быть до конца откровенным с самим собой, прямо сейчас это казалось почти несбыточной мечтой, далеким миражом.

Марона нежно положила ладонь мне на грудь, прямо туда, где тяжело билось сердце. Её прикосновение немного остудило мой гнев.

— Спасибо за беспокойство, мой дорогой, — её голос звучал тепло и ровно. — Прошедший год притупил мою скорбь, всё же время лечит, как и обретение новой цели, которой могу посвятить всю себя.

— Не перенапрягайся, — я прижал её к себе крепче. — Может, сегодня вечером немного отдохнём? Посидим с детьми в тишине, а потом я сделаю тебе массаж. Расслабишься, выкинешь из головы все эти бесконечные списки и отчёты.