Книга Искатель - 20, страница 118 – Сергей Шиленко

О да, то были незабываемые несколько недель. Особенного жару добавило то, что остальные детишки в поместье решили, будто это новый увлекательный флешмоб, и с радостью последовали его примеру. Запах в детских комнатах стоял такой, что хоть святых выноси.

Хвала Системе и богам, этот период быстро закончился, ведь наша ребятня развивалась не по дням, а по часам. Помимо раннего освоения речи, они довольно шустро разобрались и с горшками, во многом благодаря стадному инстинкту в лучшем его проявлении. Особенно выручала Глория. Моя старшая дочь, которой ещё и трех не исполнилось, с невероятной ответственностью взяла на себя роль главной няньки и опекала младших.

Что же до Эльвиры, то стоило ей сделать первые шаги, как она превратилась в маленькую тень Дарина. Поэтому неудивительно, что наряду с классическими «мама» и «папа» одним из её первых слов стало требовательное «Дин», так она пыталась выговорить имя старшего брата.

Я сидел прямо на траве, прислонившись спиной к широкому валуну, и наблюдал за их беготнёй, Марона устроилась между моих ног, откинувшись мне на грудь. Я мягко разминал её напряжённые плечи, а баронесса тихонько стонала от удовольствия, всё больше обмякая и расслабляясь в моих руках.

Мелкие то и дело подбегали к нам то урвать кусок лепёшки, то просто потереться носами и получить порцию объятий. Наконец Эльвира выдохлась, забралась на колени к матери, свернулась уютным калачиком, сунула палец в рот и уже полусонно наблюдала за тем, как Дарин наворачивает круги по поляне.

Я ласково погладил тёмные волосики дочери, её глазки слипались, свежий воздух, плотный ужин и активные игры сделали своё дело. Через пару минут дыхание девочки выровнялось, и она мирно засопела.

Это был негласный сигнал: пора сворачивать лагерь. Я аккуратно подхватил уставшего, но всё ещё сопротивляющегося сну Дарина и усадил его себе на плечи, Марона бережно прижала к груди спящую Эльвиру.

Спустившись с холма в сгущающихся сумерках, мы вернулись в поместье. Пройдя по длинному коридору в детское крыло, мы уложили малышей по кроваткам. Я стоял в дверях, глядя на их безмятежные расслабленные лица в тусклом свете ночника, и в этот момент почувствовал, как напряжение и холодная ярость, копившиеся во мне последние дни из-за проблем с Консорциумом, отступают, сменяясь спокойной ледяной решимостью.

Вот она, моя настоящая крепость, мой мир, и я разорву голыми руками любого, кто посмеет хотя бы взглянуть в их сторону.

В нашем поместье хватало небольших спален для гостей или просто для тех моментов, когда кому-то из домашних хотелось урвать каплю тишины и покоя. Роза, учитывая её природную застенчивость, почти всегда занимала одну из них, Лили же взяла за привычку регулярно оставаться ночевать у сестры. Проходя мимо их двери, я часто слышал приглушённый шёпот и звонкое девичье хихиканье — они могли болтать часами, прежде чем провалиться в сон.

Вскоре к их ночным посиделкам повадились присоединяться их мать и остальные сёстры. В итоге комната нашей самой робкой куниды парадоксальным образом превратилась в одно из самых оживлённых и тесных мест в доме, если не брать в расчёт детскую и мою главную спальню. Дошло до того, что Самира, как главная по хозяйству, взяла дело в свои руки и распорядилась заказать для Розы кровать побольше, подойдя к нему с прагматичностью истинного хобгоблина: раз уж девчонкам так нравится спать в куче, пусть им хотя бы будет комфортно.