Книга Искушение стального дракона, страница 74 – Юлия Пульс, Мелина Боярова

— Ну-ну, тут нечего бояться, – «успокоил» Вэрлим, – поделишься капелькой крови и на время побудешь Рояной. Тебе ведь не привыкать уже быть кем-то другим, не правда ли?

«Гад, сволочь! Что это значит? Молли? – бешено вращая глазами, уставилась на сколопендру, которая уже спелась с ведьмой и помогала той советами, как мне недавно. – У, мерзость продажная! Так и знала, что она себе на уме!».

— Ух, как искрит от злости! – восхитился бывший Эрмины и хлопнул меня по заднице. Не знаю, что послужило спусковым крючком, этот удар или внутреннее напряжение достигло пика, но я вдруг резко обрела контроль над телом. Первым же порывом залепила Вэрлиму смачную пощечину.

— Не смей ко мне прикасаться, тварь! – томившийся внутри крик вырвался, наконец, наружу. – Фер, на помощь! Феррон! Помо…

Острая боль в затылке и резко накатившая темнота оборвали на полуслове.

Сознание возвращалось медленно. Сначала пульсирующей в висках болью и тяжелым восковым запахом, к которому примешивалось что-то неприятное, металлическое. Затем соленым привкусом во рту и скованностью затекших от неподвижности мышц. Следом пришло понимание, что лежу на холодном полу, крепко связанная по рукам и ногам. Ну и последним включился слух, донесший монотонный бубнеж на непонятном языке. Я глухо застонала, не в силах молча выносить подобное издевательство. Однако услышала противный голосок Молли и затихла в надежде, что узнаю что-нибудь полезное.

— Ты что-то напутал, точно тебе говорю!

— И вовсе нет, хватит меня поучать, Эрмина! – огрызнулся Вэрлим, и у меня в голове, будто набатом ударили!

Эрмина – это и есть Молли! Противный голосок и я с закрытыми глазами узнаю. Когда я попала в тело ведьмы, та не умерла и не исчезла, а попала в сколопендру. Отсюда все ее знания о прошлом, о магии и об отношениях с мужем. Отсюда ее стремление уничтожить дракона или сбежать от него подальше. Господи, да ведь она же подговорила ударить Фера ножом! Из-за мерзкой ведьмы я чуть не превратилась в убийцу! Где были мои глаза? Ну, почему я без сомнений приняла помощь мокрицы и поверила, что та мне помогает лишь из добрых побуждений? Какая же я дура!

— Здесь дело не в нас и не в ритуале, – под мои мысленные стенания продолжил мужчина. – Эта переселенка во всем виновата! Кровь-то мы берем у твоего тела, но основу слепка составляет бестелесный образ. Фу, ну и уродина! Немудрено, что ее прибили в том мире. Я бы сам таких уничтожал, чтобы не отравляли мое чувство прекрасного.

Это он обо мне? Вот, скотина лживая! – вызверилась на ведьмака, оскорбившись до глубины души. – Да, с Эрминой меня не сравнить, конечно. Но я не уродина! И… как он сумел увидеть? – из-под чуть приоткрытых ресниц попыталась рассмотреть, что происходит вокруг. И увиденное совсем не порадовало.

Я лежала внутри той пентаграммы, что чертила недавно. А рядышком, рука к руке лежала Рояна, над которой и склонился Вэрлим на пару с многоножкой. И вот… то ли у меня расплывалось все перед глазами, то ли это на самом деле происходило, но внешность Рояны мерцала и менялась, будто податливая глина в руках мастера. Ведьма то становилась самой собой, какой я ее запомнила на балу, то округлялась и походила на ту пухлую блондинку, которую видела в зеркале на протяжении восемнадцати лет, то превращалась в Эрмину. Но последний образ существовал пару секунд и вновь возвращался к облику настоящей хозяйки тела.